– Ну да, он уже здесь. Я видел его. Впрочем, его не назовешь великаном. Он выглядит как самый обыкновенный человек, даже на конунга не смахивает, но ничем человеческим там и не пахнет. Уверен, он действительно вполне способен сжечь мир – просто из любопытства или для того, чтобы наконец сложить хоть одну путную вису, любуясь на сполохи пожара.
– Виса – это песня? А знаешь, что-то в таком роде уже случалось, – неожиданно развеселился Арес. – Люди говорят, что один из владык Рима по имени Нерон приказал сжечь город, поскольку ему позарез требовалось поэтическое вдохновение. Может быть, это он воскрес из мертвых?
– Не думаю. Впрочем, все может быть, – равнодушно отозвался я. – Какая разница? Главное, что он пришел. И наверняка уже воссоединился со своей армией – а куда еще могли податься мертвецы, покинувшие Аида, если не к нему под крылышко? Хотелось бы мне знать, когда нам следует ждать их в гости.
– Ты говоришь, у него есть армия? – вмешалась Гудр. Она была самой молчаливой из моих неразговорчивых воительниц; не уверен, что мне прежде доводилось слышать ее голос, поэтому я изрядно удивился.
– Сурт носит зеленые одежды? – спросила она.
Я кивнул. Валькирии встревоженно переглянулись.
– Объясните, в чем дело, – потребовал я.
– Мы его видели, когда отправились в погоню за этим пернатым змеем, – сказала Гудр. – Змея мы так и не догнали, зато видели мужа, которого ты именуешь Суртом, и огромное человеческое стадо, покорно бредущее за ним. Пусть Скёгуль рассказывает: она разглядела их лучше, чем я. Мне было неприятно смотреть на эту шваль. Впрочем, среди них есть разные люди, в том числе и настоящие воины, но их слишком мало.
– Нет, сестренка, они – не шваль, – неожиданно возразила Скёгуль. – Может быть, раньше они были обыкновенным человеческим мусором, но теперь все изменилось. Они знают, что мертвы, и ничего не боятся. К тому же их предводитель имеет над ними страшную власть. Пока он равнодушен ко всему, и его люди – тоже, но если он захочет, они преисполнятся настоящей ярости и станут подобны лучшим из твоих воинов, Отец битв.
– Сколько человек в его войске? – деловито осведомился Марс.
– Их невообразимо много. Точнее сказать не могу: я не знаю таких больших чисел. До сих пор они могли понадобиться разве что для того, чтобы считать песчинки на морском берегу, а мне никогда не приходило в голову считать песчинки. Но вам вряд ли следует спешно готовиться к сражению. Они идут в другую сторону.
– Как это – в другую?! – изумилась Афина. – И куда же?
