– Я вижу, мой щит сослужил тебе хорошую службу, – улыбнулся я. – Во всяком случае, ты вполне похож на живого.
– А я и есть живой. Знаешь, самое забавное, что твой щит не понадобился. И талисман Одина тоже оказался ни к чему. Локи сам встретил меня, и наша беседа была дружеской и неторопливой. Его позабавило, что я явился к нему, приготовившись к битве. «Какой дурень станет сражаться с гонцом, принесшим добрую весть!» – такими были его слова.
– А что за «добрая весть», которую ты якобы ему принес? – нахмурился я. – Обо мне небось сплетничали?
– О ком же еще.
Многочисленные обрывки информации наконец-то сложились в моей голове в цельную картину. Вообще-то мог бы и раньше догадаться, не так уж сложна была эта интрига. Так – пазл для начинающих, из пятидесяти четырех крупных деталей.
– Ну конечно. Тебя посылали не на разведку, – вздохнул я. – Ты просто должен был настучать Локи, что какой-то выскочка взялся делать его работу.
– Признаться, я с самого начала был уверен, что ты обо всем догадываешься и только делаешь вид, будто веришь моим словам.
В голосе Одиссея звучало плохо скрываемое разочарование.
– Так мило с твоей стороны: явиться ко мне за помощью и при этом делать из меня идиота, – сердито сказал я. – Мог бы сказать мне правду. Если Локи захочет занять мое место, я скажу ему «добро пожаловать» да еще и бутылку коньяка выставлю на радостях.
– Он не захочет, – помотал головой Одиссей.
Мои упреки, понятно, были ему до лампочки. Сколько бы ни твердил бывший царь Итаки, что у него было достаточно времени, чтобы измениться, я был совершенно уверен, что горбатого могила исправит. Впрочем, горбатых, строго говоря, не исправляет даже могила.
– Не захочет? Что ж, могу его понять. Ладно, рассказывай подробно.
– За тем я и пришел. Слушай, Владыка… или тебе больше нравится, когда тебя называют Макс? Я слышал, так называла тебя красивая женщина с молодым лицом и седыми волосами.
– Называй как хочешь. О чем ты хотел спросить?
– Я, конечно, понимаю, что ты – предводитель армии мертвых, Разрушитель мира и, скорее всего, как сказали бы мои религиозные друзья, Антихрист. Но может быть, в твоем черном сердце осталась хоть капля сострадания к усталому путнику? Я ничего не ел дня четыре кряду, а перед этим жевал какую-то дрянную черствую лепешку и запивал ее теплой кока-колой. Ничего другого в моей сумке не нашлось. У тебя не принято кормить усталых гостей, Владыка?
– Еще как принято. Прости, я не сообразил спросонок.
Первые полчаса отставной царь Итаки был совершенно некоммуникабелен. Он не просто ел, он жрал, а я умилялся, как заботливая бабушка. Если бы наши припасы не были неистощимы благодаря могуществу Джинна, они бы закончились прямо сегодня.
Наконец он перевел дух и уставился на меня глазами совершенно счастливого человека.
– Извини за эту паузу. Я немного увлекся. Хорошо живешь, Владыка! Так шикарно я не питался даже в те благословенные дни, когда этот мир еще не собирался рушиться.
– Рассказывай, не тяни, – попросил я. – Что за тип этот Локи? И о чем вы говорили – кроме как обо мне?
– Да считай, что больше и ни о чем. О тебе да о нем самом. Локи все твердил, как ему чертовски повезло – избавиться от такого тяжкого бремени.
– На его месте я бы тоже радовался.
– Забавно, – улыбнулся Одиссей. – Один так боится, что все начнет происходить в полном соответствии с древним пророчеством. Он почему-то уверен, что его бывший побратим сделает все, чтобы пророчество исполнилось. Ему и в голову не пришло, что Локи не меньше, чем он сам, озабочен, как бы уйти от судьбы. Он слышал о тебе, но опасался, что это досужая болтовня. Обитатели Утгарда не очень-то знают, что творится за его туманными границами… Знаешь, Утгард – странное место! Там много удивительных существ, среди которых я узнал наваждения, морочившие меня во время моих странствий, и встретил множество тварей, доселе мне неведомых. Все они считают Локи своим господином, но я так и не понял, в чем, собственно, выражается его господство. Обитатели Утгарда делают все, что заблагорассудится, и никто не ограничивает их свободу. Оно и понятно, кому взбредет в голову всерьез повелевать миражами?
– Всякому, кто любит повелевать. Какая разница – кем?
– Может, оно и так. Насколько я понял, Локи весьма дорожит возможностью и дальше оставаться в этом удивительном месте. Он расспрашивал меня о тебе и твоем войске и очень радовался, что все происходит без его участия. Он сказал, что за такую услугу не грех и расплатиться, и просил передать тебе, что не станет медлить.
– Хотел бы я знать, где он найдет монеты, которые я соглашусь принять?! – усмехнулся я. – Чем, интересно, он собирается расплачиваться?
– Мне показалось, что у Локи найдется хороший подарок для каждого, – возразил мой гость. – Даже для тебя – почему бы и нет?
