Даже обвинители И. Сталина в чинимых якобы им помехах в подготовке к войне и то вынуждены признавать, что политическим и военным руководством СССР указания в западные военные округа о повышении их боеготовности и подготовке к возможному нападению немецких войск все же давались. Например, авторы упомянутого коллективного труда «1941 год – уроки и выводы» писали: «12 июня командование приграничных военных округов под видом учений и изменения дислокации летних лагерей приступило к скрытному развертыванию войск вторых эшелонов округов в соответствии с планами обороны государственной границы» [139]. И далее в этом же труде отмечено следующее: «Соблюдая меры предосторожности в условиях нарастающей угрозы непосредственного нападения противника, военное руководство продолжало с запозданием проводить мероприятия по стратегическому развертыванию. С 14 по 19 июня командование приграничных округов получило указания к 22—23 июня вывести фронтовые (армейские) управления на полевые пункты. Так, в телеграмме начальника Генерального штаба от 19 июня командующему войсками КОВО указывалось: “Народный комиссар обороны приказал: к 22.06 1941 г. управлению выйти в Тернополь, оставив в Киеве подчиненное Вам управление округа… Выделение и переброску управления фронта сохранить в строжайшей тайне, о чем предупредить личный состав штаба округа”. 16 июня ЦК ВКП(б) и СНК СССР принимает запоздалое постановление “Об ускорении приведения в боевую готовность укрепленных районов”» [140].
Но наиболее активно проводило эти приготовительные мероприятия, как следует из этого коллективного творчества, руководство Прибалтийского округа: «Командующий Прибалтийским особым военным округом в приказе от 15 июня требовал выполнения мероприятий по рассредоточению авиации, максимальному повышению боевой готовности частей и соединений. 18 июня Военный совет ПрибОВО отдал приказ о приведении в боевую готовность театра военных действий» [141].
Впрочем, развитие событий на Северо-Западном фронте после нападения Германии происходило для нашей страны тоже далеко не самым лучшим образом. И хотя разгрома, как на Западном фронте, здесь не произошло, свою территорию наши войска на этом фронте оставляли противнику почти так же быстро. Правда, в отличие от других приграничных округов здесь негативную роль сыграл и такой немаловажный дополнительный фактор, как неустойчивость, ненадежность прибалтийских территориальных военных формирований. Так, М. Ходаренок и В. Славин отмечают очень важное значение для развития ситуации на этом фронте фактической сдачи своих позиций врагу литовскими частями [142].
Не меньшую роль сыграла и переходящая в измену неустойчивость латышских и эстонских частей. Вот что, к примеру, об этом пишет Ю. Емельянов: «Успехам немцев способствовала и “пятая колонна”, сохранившаяся в приграничных республиках страны… Созданный в октябре 1940 года и имевший постоянный контакт с Германией подпольный Литовский фронт активистов (ЛФА) к лету 1941 года насчитывал 36 тыс. человек. 22 июня члены ЛФА захватили радиостанцию Каунаса и провозгласили создание временного правительства Литвы… 28 июня латвийская подпольная группа временно завладела радиостанцией в Риге. Ряд бывших военных подразделений Латвии в полном боевом порядке выступили на стороне немцев. В Эстонии в тылу у советских войск действовали несколько тысяч боевиков… В июле ими был захвачен город Тарту» [143].
Нельзя также забывать, что советское политическое руководство, как уже говорилось, обоснованно опасалось спровоцировать Германию на эскалацию военных приготовлений и усиление недоверия к СССР ее военно-политического руководства, поскольку не знало истинных намерений А. Гитлера и К°, а также не желало давать повода к обвинениям с его стороны в подготовке Красной Армии к нападению. Нельзя было исключать и использования подобных обвинений для возможного сговора Великобритании с Германией, чего надо было опасаться, пожалуй, в еще большей степени. Вследствие этого до начала германской агрессии так и не была начата мобилизация, далеко еще не была окончена переброска необходимого пополнения в западные округа и передислокация их ближе к границе, как и не было окончено их сосредоточение и развертывание. Эти мероприятия начали проводиться, но делалось это слишком скрытно, медленно и постепенно.
Обобщая, можно отметить, что в первые дни и недели войны складывалась примерно такая ситуация: немцы имели у наших границ отмобилизованную, укомплектованную и развернутую армию, которая намного превосходила в силах и средствах сосредоточенную здесь группировку советских войск. Начав внезапно войну тотальными боевыми действиями и застигнув в основном врасплох соединения советских войск, немцы и их союзники сразу же нанесли по ним мощные удары, сумев в значительной мере разгромить их, еще больше увеличив свое преимущество в силах и средствах и сильно дезорганизовав действия наших войск.
