Итак, хотя и на других направлениях наши войска были вынуждены отступать в начале войны, но все же не столь быстро, как на центральном (белорусском), и при гораздо меньших потерях. Нетрудно понять и причины этого отступления: помимо существенного преимущества в силах и средствах с самого начала военных действий у нашего противника, была опасность выхода прорвавшихся вражеских войск в центре советской обороны во фланг войск других наших фронтов, да и слишком большую часть резервов и мобилизованного пополнения советское командование вынуждено было бросать все на то же центральное направление, на котором ситуация для нас начиная с первых дней войны и до конца ноября 1941 года постоянно была близка к катастрофической. Очевидно, что при таких делах для других фронтов их оставалось слишком мало.
Более того, как отмечает Р. Иринархов, «…после неудачного исхода приграничных сражений на Западном фронте Генеральный штаб РККА 27—28 июня 1941 года отдал приказ о срочной переброске соединений 16-й и 19-й армий на западное направление, тем самым ослабив украинскую группировку войск» [131]. Одновременно вследствие этого разгрома враг вскоре после начала войны мог себе позволить направлять часть своих войск с центрального (московского) направления на другие. Например, командующий германской группой войск «Центр» Ф. фон Бок писал в своем дневнике 18 июля 1941 года о переброске с этого направления на ленинградское сил в составе корпуса и дивизии [132].
Но и потом, спустя недели, попробуй организуй на этом центральном направлении оборону, если почти все кадровые части Красной Армии здесь были разгромлены еще до переброски войск из других регионов страны и массовой мобилизации военнообязанных, почти вся боевая и иная техника и большая часть вооружения и боеприпасов утрачены, а основные искусственные, как и почти все самые важные естественные, оборонительные рубежи противник уже преодолел, да еще и без больших потерь. К тому же значительная часть советской территории с ее существенной долей социально-демографического и экономического потенциала страны была быстро оставлена, а наши предприятия не могли увеличить выпуск военной и другой необходимой для ведения войны продукции в условиях эвакуации многих из них. Напротив, во второй половине 1941 года происходило падение производства продукции военного назначения, не говоря уже о других ее видах.
Таким образом, в катастрофических неудачах Западного фронта (округа) под командованием Д. Павлова решающую роль сыграли субъективные факторы – в первую очередь откровенная слабость (не исключено, и чье-то персональное предательство) руководства фронта. Возможности у немцев и их союзников для достижения своего успеха на всех фронтах и направлениях были не сильно различающимися, но только здесь в первые дни войны они смогли добиться почти полного разгрома советских войск. Разумеется, это не означает, что субъективные факторы в столь грандиозной и продолжительной войне были важнее объективных, но, как мы видим, в отдельных случаях, чаще всего непродолжительное время и на определенной территории, они могут становиться решающими.
В последнее время стал широко доступным приказ особой важности командующего Прибалтийским особым военным округом Ф.И. Кузнецова № 00229 от 18 июня 1941 года, который условно можно назвать приказом «о быстрейшем приведении в боевую готовность театра военных действий округа» (Ф. 221, оп. 7833сс, д. 3, лл. 17—21). В этом приказе предписывалось руководителям всех родов и видов войск и служб округа провести дополнительные, усиленные и ускоренные мероприятия по повышению боевой готовности этих войск и служб. Особое внимание в нем обращалось на усиление противовоздушной обороны, подготовку минных заграждений, охрану и маскировку баз, складов, коммуникаций и транспортных узлов, подготовку радиосвязи, бомбоубежищ в городах Литвы и Латвии, обеспечение должного взаимодействия различных служб и войск и их взаимодействия с пограничными войсками, бесперебойного движения железнодорожного транспорта, минирование мостов через приграничные реки, подготовку для переправ через реки вспомогательных плавсредств, ускорение ремонта танков, автомобилей и тракторов, организацию должного обеспечения техники горючим и запчастями и т.д. Большинство мероприятий в соответствии с приказом должно быть проведено до 21—25 июня, но отдельные из них – в первый же день или до 1 июля 1941 года.
В частности, в приказе говорилось: «С целью быстрейшего приведения в боевую готовность театра военных действий округа ПРИКАЗЫВАЮ:
1. Начальнику зоны противовоздушной обороны к исходу 19 июня 1941 г. привести в полную боевую готовность всю противовоздушную оборону округа, для чего:
а) организовать круглосуточное дежурство на всех постах воздушного наблюдения, оповещения и связи и обеспечить их непрерывной связью;
