– Долгое время, – осторожно начал он, – мы жили, думая, что сильные маги принесут сильное потомство. Мы развивали этот дар богов, не замечая, что магия не принадлежит никому. Она общая. Ее нельзя поделить. Ее нельзя забрать, украсть. Мы так верили, что именно на нашей магии, на магии Магистров держится Эя. И что? – И сам же ответил: – Ничего. Просто ничего. Аристократия, та, на которую до́лжно равняться, магически бессильна, но мы учим их детей, чтобы те все сразу же забыли, стоит им покинуть Академию. Народ магически не обучен, невежественен. И мы запрещаем им учиться. Говорим: «Зачем, если в вас нет дара?» В итоге именно нас и обделили боги.
– Ты говоришь обо всем и одновременно ни о чем конкретном.
– Первое, что сделаю я, так это дам каждому равные возможности.
Первый кривовато улыбнулся. Слова Иллия его позабавили.
– А дальше? Что же дальше?
Они прошли глубже в сад, достигнув увитой ярко-зеленым плющом беседки со скамейками. Сидящие там оставались незамеченными для всех, кто проходил бы рядом. Первый, отставив посох, опустился на скамейку, показал Иллию сесть рядом.
Пятый подчинился.
– Мы все увидели потенциал в исе Ие. Чудом, конечно. Девушки-аристократки часто поступают в Академию с целью найти мужа. Кто мог увидеть в ней истинную силу, не встреть она Метела? Третий решил использовать ее, чтоб продвинуть свою семью.
– Аэто жестоко поплатились за свое преступление, – подтвердил Первый. – Их фамилия нескоро теперь оправится от унижения, что нанесла им гордая девочка. Жаль, потому что младший Аэто мне нравится.
– Юноша далеко пойдет, хоть магии в нем почти нет. В стражах его ждет большое будущее. Вместо нынешнего командора.
Юлиан Андраст был удобным. Но после того, что задумал Иллий, самое время убрать его с игровой доски.
– Все так. Продолжай, Иллий.
Рядом с Первым Иллий чувствовал себя совершенным юнцом, только познающим основы магии. Он трепетал перед силой Первого. Но сейчас его захватил азарт, и Иллий никак не мог остановиться.
– Мы уповали на мощь лунного камня. Залежи несомненного богатства для любого мага, мечты о возрождении магии с его помощью затмили нам взор. Но это все еще возможно. Поэтому я заключу мир с Асилумом. Метел даст свое согласие, когда признает, что Асилум его по Праву.
– Метел. Все началось с него. И закончится им.
Повисла тишина. Только сейчас Иллий понял, что в саду не раздавалось никаких звуков: не стрекотали птицы, не жужжали насекомые. Первый озаботился, чтобы никто им не мешал.
– Моя магия, моя жизнь – я все отдам за Эю. – Пятый Магистр искренне верил в свои слова.
– Как и все мы. Ты не ответил на вопрос, но это уже неважно. Из всех нас более всего достоин ты. Я – стар, Второй тоже. Третий – охоч до власти ради личных выгод, они ослепили его. Четвертый… Ксан хороший управленец, надеюсь, у тебя хватит разума работать с ним сообща.
Иллий так резко вскочил со скамейки, что закружилась голова. Переждав момент слабости, он повернулся к спокойно сидящему Первому. На его белой тунике, в полумраке беседки казавшейся серой, золотились пятна света – солнечные лучи пробивались сквозь плющ.
– И это все, что вы мне скажете?
– Я получил весточку от Второго. Он умирает. Асилум убивает его. И, видимо, пока мы с тобой наслаждаемся дневной тишиной, Эя уже потеряла его. Ксан, по сути, заложник Асилума. Третий? Поверь, будь у меня возможность наказать эгоистичного засранца лично, я бы это сделал.
Иллий подавил изумленный вздох. Ему пришлось постараться, чтобы лицо осталось спокойным. Новости из Асилума давно вызывали опасения. Четвертый отправился туда в начале месяца астр, потому что Второй Магистр писал о волнениях среди рабочих, добывающих лунный камень, о странных случаях, которые происходили с магами в Асилуме, о голоде и армии почти что у ворот столицы. Извержение вулкана, жестоко покаравшее Эю, задело и Асилум. Иллий сказал ранее Метелу, что там не произошло ничего такого, но что в сравнении с потерями Эи то, что Асилум лишь слегка тряхнуло?
И теперь Первый Магистр так безмятежно говорит о смерти Второго? И не менее спокойно рассуждает о том, что задумал Иллий?
– Всегда восхищался вашей мудростью, – медленно проговорил Пятый. – И что посоветуете?
Первый как-то слишком задорно улыбнулся. Морщинистое лицо даже посветлело. У Иллия закралось сомнение, что старый пройдоха уже давно все продумал. Нет, он даже был уверен в этом.
– Появилась новая звезда на теневой стороне Эгрисси. Зентис, кажется. Доклады о нем занимательны, спасают долгими ночами, омраченными бессонницей. Свяжись с ним.
Иллий кивнул. И он читал эти доклады, наполненные бессильной злобой командора, которая сквозила даже через сухие фразы. Неизвестный Зентис прибрал к рукам половину теневого Эгрисси, и, казалось, ничего не проходило мимо его рук. И между тем сам он оставался неуловимым. А Первый предлагал его найти.
– Хорошо. А дальше?
Первый Магистр сунул руку в карман и вытащил что-то, завернутое в цветастую тряпочку. Развернул ее, и перед Иллием предстала бутылочка с мерцающей голубым серебристой жидкостью.
