Лидером глэм-рока тогда был, безусловно, Slade. Однажды на большой перемене, в последний год учёбы в интернате, мы завели магнитофонную кассету этой группы. Следующим уроком была физкультура. Двери мы не запирали. Вечером выяснилось, что принадлежавшие одному из моих приятелей кассета с песнями Slade и ещё стопка других пропали. Кроме наших ребят, музыку слушало несколько 8-классников, и, когда я последним ушёл на урок физкультуры, они оставались в дверях. Директриса вызвала меня и ещё одного парня в рекреацию и попросила расследовать это дело.
— Будьте нашими Шерлок Холмсами, — сказала она.
Среди подозреваемых 8-классников я тотчас подумал на одного мальчика, которого я недавно возил на командные соревнования «Белой ладьи». Однажды он зашёл в наш класс (моя парта стояла прямо у двери) и задал мне какой-то вопрос об организации турниров. Я на его глазах вытащил тоненькую книгу Майзелиса и Юдовича «Учебник шахматной игры» без обложки и что-то показал в ней. Спустя неделю книга из моей парты исчезла. Однако мы опоздали: этот 8-классник уже успел в тот день под каким-то предлогом съездить домой. Против него у нас были только косвенные доказательства.
После 1-го курса я поехал в дом отдыха от маминой работы. Там, в спальне, с утра до вечера заводили кассету с песнями Uriah Heep, которую принёс нам местный лодочник, и я на много лет стал поклонником этой группы. Тем временем всё музыкальное пространство заняли Abba и Boney M, песни которых звучали из каждого репродуктора и окна. Во время срочной военной службы в Сирии у нас появилась возможность приобретать компакт-кассеты любых групп. О большинстве из них мы знал ещё в СССР, потому что постоянно слушали воскресные передачи «На всех широтах» и «Голос Америки». Кроме того, мы выписывали из журнала «Ровесник» сведения о зарубежных группах. По рукам также ходили тексты их песен и фотографии исполнителей. Английский я начал изучать только в институте, но многие слова, благодаря увлечению поп-музыкой, знал заранее (помогало и то, что часть английской лексики очень похожа по написанию на французскую).
Поскольку я в то время внимательно следил за творчеством зарубежных групп, постараюсь дать наиболее полный их список (и снова до начала горбачёвской перестройки, то есть по 1984 г. включительно): The Rolling Stones, Black Sabbath, Pink Floyd, The Beach Boys, Creedence Clearwater Revival, The Monkees, Shocking Blue, America, The Yardbirds, Chicago, The Buckinghams, Grand Funk Railroad, The Tremeloes, Sweet, Middle of the Road, The 5th Dimension, Bee Gees, The Animals, Sex Pistols, The Kinks, Smokie, The Who, Queen, AC/DC, The Byrds, Yes, Accept, The Doors, Christie, Three Dog Night, Adam & the Ants; Blood, Sweat & Tears, The Undisputed Truth, Ten Years After, Simon & Garfunkel, Grateful Dead, The Mothers of Invention; Emerson, Lake & Palmer, Cactus, Electric Light Orchestra, Ace, Iron Butterfly, Steppenwolf, The Rubettes, Eagles, The Mamas & the Papas, Atomic Rooster, Aphrodite’s Child, Duran Duran, Iron Maiden, Secret Service, Europe, Metallica, Scorpions, Baccara, Arabesque, Luv’, Teach-in и другие. Альбомы некоторых из них можно было купить только на чёрном рынке, а вот отдельные грампластинки и сборники песен, выпущенные фирмой «Мелодия», продавались повсюду. И на недосягаемой высоте, конечно, стояла рок-опера Jesus Christ Superstar, которую переписывали друг у друга на магнитофонные кассеты.
Как я искал иголку в стоге сена
После окончания 1-го курса я поехал в дом отдыха от маминой работы. Когда-то я с сестрой был рядом, в пионерлагере, а здесь проводил отпуск наш двоюродный дядя. Нас поселили в небольшом отдельном домике. Я привёз с собой из Москвы маленькие грампластинки с песнями зарубежных групп и заводил их во время танцев, выполняя фактически роль диджея. Туда приходили местные парни и пытались нас задирать, но до прямых стычек не дошло.
На танцах я познакомился с симпатичной девушкой, работавшей поваром в пионерлагере. Она была немного старше меня и выше ростом. На второй день, ночью, я уже оказался у неё на кухне, где меня в темноте разглядел начальник пионерлагеря. Но скоро закончилась смена, и я пошёл её провожать. Постоял возле автобусов, забитых пионерами, но адреса у неё не взял, хотя, вернувшись в Москву, пытался через маму навести об этой девушке справки.
— Ты к ней в Расторгуево не наездишься, — успокоил мне сосед по комнате, который вначале пытался конкурировать со мной, но увидев, что я не даю сказать ему и слова, ретировался, забрав свою куртку, которую она накинула себе на плечи.
