Полетели еще камни. Одни попали в робота, другие упали рядом с Тони — прямо к ботинкам подкатились. Один свистнул у щеки. Мальчик быстро надел шлем. Как страшно! ИРН уж давно подал сигнал тревоги, но кораблю понадобится несколько минут, чтобы сюда долететь! К тому же в городе есть другие земляне! И их тоже нужно защитить! Земляне вообще по всей планете живут, что с ними будет?! Они же здесь в каждом городе! На всех двадцати трех планетах системы Бетельгейзе! На четырнадцати планетах Ригеля! На других планетах Ориона…
— Нужно отсюда выбираться, — прошептал он ИРН. — Придумай же что-нибудь!
Камень попал по шлему. Пластик треснул, из пробоины стал вытекать воздух, но ее тут же затянуло автоскрепой. Град камней не прекращался. Пасы подобрались ближе — визгливая, черная, шевелящаяся масса покрытых панцирями существ. И эта масса остро воняла — Тони чувствовал кислый смрад, характерный для насекомых, слышал, как щелкают когти, ощущал их наползающий, грозный вес.
ИРН активировал свой лазерный луч и описал им широкий круг, отгоняя озлобленную толпу. Пасы тут же выхватили примитивные пистолеты, и песок вокруг Тони взрыли пули — целились пока в робота. Мальчик видел, как посверкивает металлическое тело. Грохот, треск — ИРН подлетел в воздух, перевернулся и упал. На него тут же набросились, и робот скрылся под черными панцирями.
ИРН отчаянно отбивался, а обезумевшая, подобная дикому зверю толпа терзала его. Кто-то лупил по голове, другие отрывали кронштейны, раздирали на части блестящие лапы несчастной машины. ИРН прекратил сопротивляться. Толпа откатилась, тяжело дыша и сжимая в когтях отодранные с мясом детали. И тут они увидели Тони.
К нему уже двинулись, но тут защитный купол над их головами роскололся. Терранский патрульный катер с ревом зашел на посадку, с раздирающим уши гудением полосуя лазерами. Толпа принялась разбегаться — кто-то пытался отстреливаться, кто-то продолжал пулять камнями, но большинство прыгало в стороны в поисках укрытия.
Тони поднялся на ноги и, пошатываясь, пошел туда, где уже садился корабль.
— Прости, — тихо сказал Джо Росси.
Он положил руку на плечо сыну.
— Не надо было мне тебя сегодня отпускать в город. Я должен был предусмотреть. Понять, что это может случиться.
Тони сидел, сгорбившись, в большом пластиковом кресле, имитирующем удобство. И раскачивался из стороны в сторону с бледным, искаженным лицом. Он все еще не отошел от шока. Патрульный катер доставил его домой и тут же вернулся обратно в Карнет. Оттуда надо было эвакуировать других землян. Мальчик молчал. В голове было пусто и гулко. В ушах до сих пор стоял рев толпы. Он всей кожей чувствовал их ненависть — они копили ее сто лет. Ярость, гнев, злобу. Это воспоминание вытеснило все остальные. На самом деле он ничего вокруг себя не видел. Еще перед глазами стоял бедный барахтающийся робот — и толпа, раздирающая его на части, с железным скрежетом отрывающая ему руки и ноги.
Мать промыла порезы и царапины антисептиком. Джо Росси прикурил дрожащими руками и сказал:
— Если б не отвлеклись на робота — убили б тебя. Жуки, одно слово.
Его передернуло.
— Как я вообще тебя туда отпускал, старый дурак? Все это время… Да они ж тебя в любой момент могли убить. Прирезать. Разодрать горло своими вонючими мерзкими когтями.
На подступах к поселению рыже-красное солнце ярко сверкало на стволах пушек. В оползающих песчаных холмах то и дело звучал глухой грохот взрывов. Защитный контур уже активировался. Несколько черных фигур выскочило и, мелко перебирая ножками, поползло вверх по склону. К терранскому поселению двигались целые толпы — тоже черные, сосредоточенные. Они, одна за другой, пересекали разделительную линию, которую провели инспекторы Конфедерации столетие тому назад. В Карнете кипела жизнь — все население города бесновалось от радости.
Тони поднял голову:
— Они… они опрокинули наш фланг.
— Да, — Джо Росси зло затушил сигарету. — Опрокинули. Еще в час дня. А в два прорвали центральные порядки. Они вбили клин и разорвали нашу линию надвое. И обратили в бегство. А потом добивали отступающих поодиночке. Господи, они натуральные маньяки. И теперь они почувствовали вкус нашей крови…
— Ну, положение выправляется, — заволновалась Лия. — Наши главные силы уже выдвигаются на позиции…
— Мы их разобьем, — пробормотал Джо. — Через некоторое время. Богом клянусь, перебьем всех до единого. Ни одного в живых не оставим. Тысячу лет будем за ними гоняться — и все равно всех, всех уничтожим. Всех, до последнего поганого корабля. — И он рявкнул: — Жуки! Чертовы насекомые! На ребенка моего руку, лапу свою вонючую когтистую подняли!..
— Был бы ты моложе, пошел бы в армию, — сказала Лия. — Ты не виноват, что не подходишь по возрасту. У тебя с сердцем проблемы. Ты свой долг уже выполнил. Они не могут позволить человеку в твоем возрасте испытывать такие перегрузки. Так что ты не виноват.
Джо сжал кулаки.
— Я чувствую себя… никчемным. И, главное дело, ничем помочь не могу…
