Да. Точно приехал продать машину по поручению хозяина. Восемьдесят четвертого года, как раз в той степени износа, когда машина начинает раздражать богатого владельца. Он привычно прицепился к клиенту. Деликатно принял признание, что машина вовсе не его, и начал торг. Водитель, видимо, уже объехал несколько мест и знал, сколько по минимуму должны дать за машину. Теперь дело было за тем, чтобы свести цену ровно к этой сумме, и у него был свой проверенный способ:
— Хозяевам ведь все равно, на пятьдесят тысяч больше или на сто тысяч меньше. Скажете два миллиона, будет два миллиона. Скажете миллион девятьсот, будет миллион девятьсот. Да и машина — это ж такая штука: несколько десятков тысяч не играют роли, ведь ее цена зависит только от покупателя. Давайте так. Я посоветуюсь с начальством и постараюсь отстегнуть вам тысяч пятьдесят, а вы пожалуйте в наш офис. Если у вас есть доверенность от хозяина машины, заполним документы.
Водитель тут же побежал звонить шефу, будто и впрямь нашел лучшее предложение на рынке, и вернулся, заполучив согласие. Машина, конечно, стоила ровно столько, за сколько они ее выкупили, но была при этом в хорошем состоянии и очень ухожена. Директор Юн остался доволен, а он до обеда успел закрыть еще одну сделку.
Но и на этом его везение не кончилось. Он уже расслабился и думал пойти пообедать, когда его позвал Юн:
— Пак, ты не хочешь съездить в Чхунчхон и обратно? За сегодня можно обернуться.
— Что за дело?
Он понимал, что раз водителя Ли нет, ему, как ни крути, придется ехать, но все равно спросил.
— Надо отогнать машину, помнишь, «Принц 2000» восемьдесят третьего года? Над ней хорошо поработали в мастерской, отдашь ее и заберешь «эксель». Обо всех условиях сделки мы договорились по телефону, поэтому, считай, просто прокатишься туда-обратно.
Он помнил эту машину. Единожды битая, и битая сильно (лобовой удар), попали с ней на миллион… Видимо, удалось ее спихнуть. Судя по тому, что меняют его на «эксель», всучили любителю машин побольше. Да бог с ними, с чужими помыслами, обернуться в Чхунчхон и обратно в оставшиеся полдня — и пятнадцать тысяч дохода сверх заработанного. Пока Пак прикидывал прибыль, Юн подумал, что тот замешкался с ответом из-за нежелания ехать, и добавил:
— Там тоже в долгу не останутся. А если упрутся, так поклянчи. Поезжай.
Нужда упираться отпала. Он был вполне доволен заработком, которого хватило бы на жизнь без напряга, будь даже следующие четыре дня пустыми.
Он еще не выехал из Сеула, как ему вновь свезло. А все благодаря его замыслу. Он спешно обедал перед поездкой, как вдруг в голове его сложилась красивая картинка. Он подумал, что неплохо бы взять пассажиров и тем самым увеличить прибыль. За долгие годы работы в такси он привык не гонять порожняком на дальние расстояния и сразу отправился на вокзал в районе Санбон. Он успевал съездить в Чхунчхон и вернуться в Сеул до заката, даже если бы потратил пару часов на поиск пассажиров.
На вокзале ему не то что час, и десяти минут искать не пришлось. Он поставил машину на стоянку, прошел в зал ожидания и направился в сторону кассы, как вдруг услышал ворчание двух молодых пар, стоявших у стойки с расписанием.
— Неужели следующий автобус только через час?
— Это еще ничего, а они подождут нас этот час? Они ведь и здесь ждать не стали…
— Все этот козлина водитель. С чего он взял, что надо ехать на вокзал района Маджан?
— Да уж. Мы бы успели на автобус, если бы сразу поехали сюда.
По всему было видно, что водитель перепутал вокзалы, привез их на вокзал другого района, молодежь опоздала на автобус и разминулась со спутниками.
Он обрадовался и поспешил со своим предложением. С каждого по пять тысяч вон, итого двадцать — максимум, на что он мог надеяться. Сколько бы ни жрал мотор, директор Юн постарался, потратил на подготовку машины к продаже аж двести тысяч, и машина лоснилась внутри и снаружи. Довольно дешевые чехлы, по пять тысяч за штуку, были новыми, цвет подобран со вкусом, из-за этого салон выглядел шикарно. Увидев машину, женщины, скривившиеся было от назначенной платы, тут же прикусили языки.
В дороге тоже все складывалось удачно. Они без помех миновали перекресток Кёмунни, который в выходные забит машинами, и легко добрались до Пхальдана, хотя одну полосу перекрыли из-за расширения трассы. Миновав Капхён и проезжая по трассе Кёнчхун, он вдруг вошел во вкус и рулил, наслаждаясь густо зеленевшим пейзажем.
Но в Чхунчхоне дела пошли не по плану. Он высадил молодежь на вокзале и добрался по незнакомой дороге до нужного места. Однако не застал там ни машину, ни ее хозяина.
