— Начальник уехал по срочным делам в Янгу. Вернется часам к пяти, а вы пока пару часов погуляйте по городу, — сказал ему молодой мужчина, с виду работник того завода, которым управлял нужный ему человек. Услышав это, он нахмурился. Выходит, если он отправится сразу после встречи с начальником (черт, развелось этих начальников), в общем, с тем, кто ему нужен, то вернется в Сеул уже затемно. Вести машину в темноте — не проблема, да и за работу он уже выручил сполна, просто ему не хотелось ждать, убивая понапрасну время в чужом городе.
Однако проезжая мимо озера Чхунчхон, он почувствовал себя много лучше. Ну да, сегодня удалось хорошо заработать и можно со спокойной душой погулять по Чхунчхону. Когда еще выпадет шанс посмотреть на горы, полюбоваться на озеро? Подумав так, он решил для себя, что эта передышка — просто продолжение сегодняшнего везения.
Доход уже составил семьдесят тысяч, еще немного — и этот день может стать самым прибыльным в году. Прошлой осенью удалось за день закрыть три сделки и заработать почти сто тысяч — его личный рекорд. Он прикинул, что вечером будет проще простого найти клиентов до Сеула. На «экселе» можно срубить тысяч двадцать с пассажиров и выпросить у покупателя, директора или кто он там, еще десятку. И тогда у него в кармане окажется сотня.
Машина сияла, а он был в новом костюме: может, это сыграло свою роль, но стоило ему выйти из машины, как лавочники в парковой зоне наперебой принялись зазывать его, величая господином. Он, конечно, понимал, что в мертвый сезон, да в будний день они от скуки готовы были метать бисер даже перед свиньями, и все равно такое обращение льстило.
«Эх, выпить бы бутылочку соджу, да под закуску из сырой рыбы», — подумал он, но тут вспомнил, что ему гнать машину в Сеул, и подавил внезапное желание. С таким водительским опытом он мог вести машину и с закрытыми глазами, но все же незнакомый город, незнакомая дорога… Он решил вместо соджу выпить колы и присел за свободный столик под пляжным зонтом.
Он купил лишь пачку сигарет и банку колы, но был обслужен весьма приветливо. Потягивая колу из трубочки, он любовался пейзажем. Мутно-серая, цвета камня, вода озера слегка поблескивала, он полной грудью вдыхал свежий воздух. Вдруг он вспомнил жену, запертую в их подвальной коморке, ее надутый как шар живот, сбитое дыхание, и подумал: «Вот она родит, проведем здесь денек вместе».
Он допил колу и хотел закурить сигарету, но тут увидел, как из такси вышла молодая женщина. С его места было трудно разглядеть ее черты, но что-то в ней показалось знакомым. Женщина тоже, казалось, присматривалась к нему. Она шла в его сторону и вдруг, узнав, радостно воскликнула:
— Господин Пак, неужто вы?
Он тут же вспомнил ее по голосу: мисс Ян из чайной Тонвон, что по соседству с офисом, в котором он работал. Вот так радостная встреча. Мисс Ян была одной из девушек, которые обслуживали гостей в многочисленных чайных их квартала, но именно ее он помнил очень хорошо. Не такая развязная, как другие официантки, она прослужила в одном заведении месяцев пять и не оставила после себя грязных слухов и недомолвок, сопровождавших каждую из подобных ей работниц. Вдобавок их связывала одна история.
— Мисс Ян, а вы здесь откуда?
— Господин Пак, какими судьбами? Выглядите элегантно. А та машина, случайно, не ваша?
На их торговой улице любого перекупщика было принято называть господином, и, возможно, она окликнула его так по старой привычке, но он предпочел думать, что и правда сошел в ее глазах за успешного «господина». Ему хотелось верить, что его бедность не видна со стороны, и он невпопад ответил:
— Восемьдесят третьего года, салон после химчистки, кузов отдраен, пробег небольшой.
— А вы один здесь? — снова поинтересовалась она.
Тут он осознал, что она, должно быть, помнит его жалким водителем на посылках и вопрос о машине задан не от заблуждения вовсе, а из любопытства: узнать, кого он привез, кто хозяин автомобиля. Его бросило в жар. Неожиданно для себя он обратил смущение в блеф:
— А что, надо было толпу собрать?
— Ну я просто спросила…
— Проблемы одолели… на душе кошки скребут, вот и приехал проветриться, — соврал он, не успев придумать ничего получше.
— Ой, как замечательно. А отчего же именно Чхунчхон?
— Полюбоваться на водную гладь. А вы, мисс Ян?
— Вы разве не знали? Я родом отсюда… Но здесь уже никого из моих не осталось…
Мисс Ян замолкла на полуслове и тяжело вздохнула. Ее вздох внезапно вселил в него странную надежду, и он попытался скрыть ее нарочитой шуткой:
— Так, значит, ваша родина — этот зонт в зоне отдыха?
— Конечно нет. — Она слегка покачала головой и грустно сказала: — Я здесь тоже на воду полюбоваться…
— Значит, тоже проблемы одолели и на душе кошки скребут?
