— Давай три золота, один разменяй на серебро, а последний мелочью.
Кондитер удовлетворенно кивнул и стал возиться с деньгами.
— Какие новости в городе? — скучающе спросил Мэйтон, пока тот отсчитывал серебро.
— Да никаких особо. Два корабля сегодня из Эшринадара прибыли, шелка заморские привезли. Дочка моя бегала смотрела. Говорит, не ровня эльфийским, но тоже носить можно.
Мэйтон хмыкнул. Пусть подлизывается, ему все равно в каких шелках его дочка щеголять будет. Заморские они тоже неплохие, просто другие, подумал он.
— Торговать пока дают, налоги не повышают, скукота, — с наигранным равнодушием закончил он, и положил в мешочек последнюю монетку.
Не пересчитывая, Мэйтон засунул его во внутренний карман куртки и хотел уже откланяться, как Хорь ему заговорщицки подмигнул и, перевесившись через стойку, начал шептать в самое ухо.
— Слышь, помнишь забегаловку на углу Моховой и Тенистой? — Мэйтон утвердительно кивнул, хотя дорогущий ресторан с большой натяжкой можно считать забегаловкой. Но у конкурентов так всегда, что не их заведение, то забегаловки, — Управляющего еще там Крабом кличут, — Мэйтон опять кивнул. — Он нанял недавно охотника на грибы…
— Ну, и что? — непонимающе переспросил Мэйтон.
— А то, что он вместо пса иль лиса, свинью за собой на веревке водит! — Хорь с присвистом захихикал.
Эльф поднял одну бровь, скептически ухмыльнулся, но промолчал.
— Сказал, что свиньи их лучше чуют! Тут уж он не выдержал, и тоненько заблеял. То есть засмеялся.
Мэйтон с Кейт переглянулись и тоже рассмеялись. Но вовсе не над свиньей на веревочке, а над самим Хорьком.
Отдышавшись, Хорь стал выталкивать засидевшихся, а вернее застоявшихся гостей за дверь. По дороге, однако, зачерпнул из разных кубышек по горсти конфет, вперемешку с печеньями, засунул их в бумажный кулек и всучил Кейт.
«Прекрасной незнакомке», как выразился он. Непривычная к комплиментам девушка тут же зарделась, опустив глаза долу.
Пока они торчали в кондитерской лавке, солнце перевалило за зенит, золотя и без того золотые деревья и бросая сиреневые тени в углах домов.
Кейт развернула блестящую обертку конфеты и с наслаждением засунула за щеку. С опозданием правда, предложила Мэйтону, но он дипломатично отказался. Что он, конфет что ли не видел?
Кейт обняла кулек так, словно от него зависела сейчас вся ее жизнь, и зажмурилась от удовольствия.
— А он все-таки кондитер или ресторатор? — спросила она чуть погодя. Когда они отошли на приличное расстояние.
Мэйтон удивленно выгнул бровь. Откуда она хоть слов-то таких понабралась?
— Он все-таки ресторатор. А кондитерскую для своей дочурки держит, чтобы без дела не сидела. И ей развлечение, и ему доход.
— М-м-м-м, — с наслаждением протянула Кейт, жуя мягкую конфету из чего-то тягучего, — А я-то думала, они эти грибы в конфеты кладут, чтобы запах там или вкус?
Мэйтон хмыкнул.
— Их везде кладут.
— Хоть раз попробовать бы его, гриб этот, — мечтательно протянула Кейт, смачно чавкнув конфетой, — Вон, какой дорогущий! Вкусный наверное? Последний вопрос она задала риторически, но Мэйтон все-таки ответил.
— Да его вроде как не едят целиком. Слишком дорогое удовольствие, да и невкусно. Так, трут чуток, чтобы запах и привкус был, как приправу.
— А какой у него привкус?
— Как у семечек, грибов, и печеных яблок одновременно, ничего особенного.
Кейт вздохнула. И стоило за это столько денег отдавать? И чего это богатым неймется? Все изощряются!
Мэйтон порылся в ее кульке с конфетами и вынул одну.
— Вот, эта кажется, как раз с ним. Кейт изумленно сунула ее в рот и честно пыталась понять, какой такой привкус есть у этой, и нет у других конфет.
Пока они мирно беседовали, идя по безлюдной тихой улочке, оказывается, на их скромные персоны кое-кто все-таки обратил внимание. Мэйтон заметил это еще от ресторана, но не стал подавать виду. Пусть вор обнаружит себя сам.
Он специально свернул в темный переулок между глухими стенами домов, и сделал вид, что вытряхивает камешек из сапога. Кейт непринужденно щебетала очередную ерунду и конечно ничего не замечала вокруг. Незнакомец уже нагнал их, а эльф стал вроде бы пропускать его мимо.
— …Вот и мне тоже показалось, что они не на что не похо… П-и-и-и-и!
Мэйтон резко толкнул девчонку к стене дома, а сам с разворота поймал и ловко выломал руку какому-то типу. Тот тихонько взвыл, выпуская из руки только что вынутый из поясного кошеля эльфа плотный сверток. Он шлепнулся на камни и чуть не потоп в канавке, но сообразительная девушка вовремя успела его подхватить.
Прижав вора лицом к стене и заломив руку за спину, эльф начал допрос.
— Кто, откуда и на кого работаешь?
Незнакомец лишь зашипел и дернулся, пытаясь вырваться. Не тут-то было. Рука вора почти захрустела в суставе, но он лишь только тихо застонал. Парень был еще мелкий и по-подростковому тощий, эльф даже не стал вынимать свой нож. Много чести. Наконец, когда сил терпеть боль совсем не стало, парень все же заговорил.
— Я сам, я один, просто видел, как вы из лавки выходили. Вот и подумал…
Мэйтон вздохнул. Все равно не сознается.
