– Подними глаза и крепко держись ногами за веревку, – приказал он решительно, но все же мягко, и я почувствовала, что действительно могу на него положиться. Близость, которая прежде состояла только из обмена взглядами и длилась лишь краткие мгновения, теперь продолжала нарастать. Мы прижимались друг к другу, и это почему-то казалось интимным и невероятно возбуждающим. – Не смотри вниз, ладно?
Я взглянула через его плечо на платформу, где стояли дети и подбадривали меня, посылая дозу мотивации, в которой я нуждалась, чтобы пробудить в себе силы. За это время я уже добралась так далеко, что возвращаться было никак нельзя.
– Я прямо за тобой, – сказал Уэстон и с легкостью протиснулся рядом, все еще держа меня за талию и тем самым страхуя. Черт, моя блузка была слишком тонкой, и я чувствовала прикосновение каждого его горячего пальца.
Я шаг за шагом с трудом продвигалась по веревке, пока не добралась до платформы. Дети дали мне пять, и я громко засмеялась от облегчения. Потом Уэстон тоже протиснулся на платформу и, поскольку она была не очень большой, снова плотно прижался к моей спине. На этот раз мое сердце забилось быстрее не из-за головокружительной высоты, а совсем по иной причине. Боже, мне казалось, что чем чаще мы касались друг друга, тем сильнее реагировало мое тело.
Меня окутал терпкий мужской аромат Уэстона: ученый прошел мимо и как ни в чем не бывало зацепил мою страховочную веревку для следующей остановки. Чтобы добраться до высоты в двенадцать метров, нам оставалось пройти только одно препятствие. Я наполовину повернулась к нему и хотела поблагодарить, но слова застряли в горле. Поскольку теперь мы вновь оказались близки. Причем слишком. На меня волнами накатывало желание, которое я не могла утолить.
Краем глаза я заметила, как первые участники уже стали карабкаться дальше, на этот раз преодолевая еще более шаткую преграду, состоящую из тонких досок и довольно слабой веревки. Я зажмурилась. Делать было нечего: так или иначе мне нужно было туда спуститься.
Я снова почувствовала у себя на талии руку Уэстона и была благодарна, что он держал меня и отвлекал. Я подняла веки и сразу встретилась с нежным взглядом его зеленых глаз.
– Почему ты не сказала, что боишься высоты? – хрипло спросил он.
– Потому что я не знала. Я никогда не была так… – Я на мгновение посмотрела вниз на остальных, и у меня опять закружилась голова. Я снова быстро зажмурилась, а к горлу подступила тошнота. – Так высоко, – тихо закончила я.
– Не нужно было участвовать, никто бы тебя не осудил.
Боже, он ничего не подозревал.
– Я согласилась из-за тебя.
– Из-за меня?
Его пальцы сильнее впились в мою кожу, и я нашла в себе смелость снова посмотреть прямо на него.
– Ты такой идеальный, умный и спортивный. Я не хотела сдаваться на первом же испытании.
Он немного помолчал, обдумывая мои слова, и слегка нахмурился.
– Нова… – хрипло назвал он меня по имени. – Понимаешь, есть разница между тем, чтобы
В его глубоких глазах вспыхнуло раскаяние. Сожаление. Страх. Его слова эхом отозвались во мне, и я поняла, что Уэстон впервые по-настоящему открылся. Я хотела спросить его, что он имел в виду, чего он боялся, кем он был.
Однако тут Кристи откуда-то снизу прокричала время, и Уэстон сразу отвлекся от нашего разговора.
– Давай, осталось последнее препятствие, ты справишься. А потом вместе спустимся по веревке.
Кивнув и сделав глубокий вдох, я стала двигаться вперед, постоянно смотря прямо и зная, что, если я соскользну, Уэстон меня подстрахует. Я была в безопасности, веревка была надежно закреплена, ничего не могло случиться.
Но когда мы оказались на самом высоком из всех препятствий и Уэстон зацепил мой ремень за петлю для спуска, меня снова охватил страх.
Однако я не успела начать беспокоиться: ученый положил руку мне на плечо и так заставил меня переключить все внимание на него. Он впервые позволил увидеть его истинную сущность без фильтров. Внимательного человека, каким он был внутри. И эта его сущность мне понравилась. Даже слишком.
– На счет три.
– Хорошо.
– Раз. – Его хватка усилилась. – Два.
Он подтолкнул меня к концу платформы. Все остальные уже были внизу и снова меня подбадривали.
– Мне нельзя просто вернуться?
– Хочешь, чтобы дети потеряли шанс выиграть мешок сладостей? – серьезно ответил Уэстон, и я не смогла сдержать улыбку. – Три.
Он схватил меня и толкнул. Мне было ничуть не стыдно, что я кричала ему прямо в ухо и в панике цеплялась за него, пока он держал меня одной рукой и вместе со мной искусно спускался вниз. Мои ноги коснулись земли, все произошло так быстро, что я даже толком не успела осознать случившееся.
