Лорэн снова оглянулась. Дыхание Артура было глубоким и ровным. Если бы не тревожные результаты рентгеновской съемки черепа, то можно было бы принять его за мирно спящего человека.
– Его вид не вызывает тревоги, – сказала она, садясь.
– Он вообще молодец, хоть и достает меня с утра до вечера.
– Я имела в виду состояние его здоровья! Вы с ним прямо неразлейвода.
– Мы все равно что братья, – пробормотал Пол.
– Вы не позаботились поставить в известность его подругу – не меня, настоящую?
– Он одинок. Только не спрашивайте почему!
– Почему?
– У него талант попадать в трудные положения.
– Какие, например?
Пол долго смотрел на Лорэн. Действительно, в ее глазах светилась неподражаемая улыбка.
– Не будем об этом, – сказал он, качая головой.
– Поверните направо, впереди дорожные работы, – сказала Лорэн. – Почему вы расспрашиваете меня про кому?
– Просто так.
– Кто вы по профессии?
– Архитектор.
– Как он?
– Откуда вы знаете?
– Он сам мне рассказал сегодня днем.
– Мы вместе основали наше агентство. У вас хорошая память, если вы запоминаете профессии всех своих пациентов.
– Архитектор – хорошее занятие, – тихо сказала Лорэн.
– Это зависит от клиентов.
– Совсем как у нас, – сказала она, смеясь.
«Скорая» подъехала к госпиталю. Пол включил сирену и подкатил к пандусу, предназначенному для машин с пострадавшими. Охранник поднял шлагбаум.
– Обожаю нарушать правила! – Пол пребывал в восторге.
– Остановитесь под козырьком и еще погудите, тогда за вашим другом явятся санитары.
– Какая роскошь!
– Просто больница.
Он остановил фургон там, где велела Лорэн. К ним уже выбежали двое санитаров.
– Я иду с ними, – решила Лорэн. – Поставьте фургон, я найду вас позже в зале ожидания.
– Спасибо за все, что вы делаете, – сказал Пол.
Она распахнула дверцу и вышла из фургона.
– Кто-нибудь из ваших близких бывал в коме?
Пол посмотрел на нее в упор.
– Ближе не бывает, – проговорил он.
Лорэн вошла вместе с санитарами, катившими носилки, в приемный покой «неотложки».
– Занятный у вас способ общения! Вы просто созданы для согласия! – пробормотал Пол, глядя, как они удаляются по залу приемного покоя.
Колесики носилок вращались так быстро, что дрожали ступицы на осях; Лорэн и Бетти прокладывали себе дорогу по запруженным коридорам. Они с трудом избежали столкновения со шкафом с медикаментами и лобового удара на вираже, когда им наперерез вылетела другая бригада, торопившаяся не меньше. Неоновые светильники на потолке вытянулись в одну молочно-белую линию. Вдалеке раздался сигнал готового к отправке лифта. Лорэн завопила, чтобы их подождали, и еще разогналась. Бетти из последних сил удерживала носилки по прямой. Дежурный врач, придержавший для них двери кабины, помог поставить носилки между другими двумя, ехавшими в хирургическое.
– Сканер! – выдохнула Лорэн, когда кабина пришла в движение.
Одна из медсестер нажала на кнопку пятого этажа. Возобновился безумный бег из коридора в коридор, только двери свистели. Наконец показалось отделение томографии. Выдохшиеся Лорэн и Бетти собрали последние силы.
– Я доктор Клайн, я предупреждала дежурного, что мы сейчас прибудем. Мне немедленно требуется компьютерная томография мозга.
– Мы вас ждали, – ответила Люси. – История болезни у вас с собой?
Лорэн ответила на бегу, что бумажки подождут, и протолкнула носилки в смотровой зал. Доктор Берн, сидевший в кабине управления, изолированной от томографа, наклонился к микрофону.
– Что мы ищем?
– Подозрение на кровоизлияние в затылочной доле. Мне нужна серия предварительных снимков для внутричерепной пункции.
– Вы собираетесь делать операцию этой ночью? – удивился Берн.
– В течение ближайшего часа, если сумею собрать бригаду.
– Фернстайн в курсе?
– Еще нет, – пробормотала Лорэн.
– Но у вас хотя бы есть его согласие на экстренное сканирование?
– А как же! – соврала Лорэн.
При помощи Бетти она уложила Артура на смотровой стол и закрепила ремнем его голову на подголовнике. Бетти ввела ему йодированный раствор, оператор запустил программу. С едва слышным шорохом стол переместился в центр луча. Штатив завращался, вокруг головы Артура детекторы высветили свою корону. Информация поступала в компьютер, на мониторах которого уже появлялся мозг пациента в разрезе.
На двух мониторах перед оператором красовались первые изображения. Диагноз Лорэн подтверждался, домыслы Бриссона опровергались. Артуру была необходима немедленная операция, сшивание рассечения в поврежденной вене и уменьшение гематомы внутри черепной полости.
– Как ты оцениваешь шансы восстановления? – спросила Лорэн у коллеги в микрофон.
– Это ты у нас стажируешься в отделении нейрохирургии! Но если хочешь услышать мое мнение, то я бы сказал, что если вы не протянете с операцией больше часа, то все еще возможно. Не вижу сильных повреждений, дыхание нормальное, нейрофункциональные центры невредимы. Он может выпутаться.
Рентгенолог поманил Лорэн к себе в кабину, где указал пальцем на одну из зон мозга на экране.
