Боль от его поступка и не думала утихать несмотря на то, что он явно вытащил меня с того света, самовольно придя сюда.
– Быстро в постель, стоишь на холодном полу, – проигнорировал мою реплику мужчина, торопливо подойдя вплотную.
Я только открыла рот для следующего вопроса, как меня уже развернули и повели в сторону спальни.
– Ложись, – снова приказал Тимур, помогая устроиться поудобнее. Он низко нагнулся, пока поправлял подушку, и я смогла уловить на его одежде резковатый запах бытовой химии и уютный – манной каши. Очевидно, олигарх здесь время даром не терял… – Твое тело в очень плохом состоянии. Нужно отдыхать как можно больше и хорошо кушать. После завтрака я сделаю тебе укол.
Так вот откуда взялась эта саднящая боль ниже поясницы… Он точно не умеет делать уколы.
Ну, судя по тому, что я все же очнулась, его лечение дало свои плоды. И, хотя на сердце потеплело, я не собиралась продолжать этот спектакль в том же духе. До того, как он смог поднятья, дабы переместиться в кухню, его запястье было схвачено моей рукой.
– Вы должны уйти сейчас же.
Лицо Тимура, все это время лучившееся самоуверенностью, помрачнело и будто осунулось. Он замер, понимая, что не может просто отцепить мою ладонь и откинуть ее в сторону, как всегда сделав по-своему. Но и действовать согласно моей просьбе явно не собирался.
В итоге он лишь нежно накрыл мои пальчики свободной рукой, заговорчески пробормотав, не глядя в глаза:
– Сперва тебе нужно поправиться. Как только станет немного лучше – я тотчас уйду, обещаю. Теперь мне нужно вернуться к плите.
Он вышел из комнаты, оставив меня наедине со своими разрозненными мыслями.
Откровенно говоря, мне действительно нужна была помощь. Но ждать ее по сути неоткуда. Я была не настолько наглой, чтобы обременять Юлю, которая и так мучилась от ревности, а папа так и не вернулся. В общем, появление Тимура оказалось как нельзя кстати.
В глубине души мне было радостно видеть его и получать заботу. Но оставить все как есть после того, что произошло, тоже было бы неправильно.
Через пару минут Тимур снова материализовался в комнате с небольшим подносом в руках. Этот поднос напомнил мне о том, что произошло в придорожном кафе, ибо в ту ночь я выглядела с этим предметом так же неловко, как и Тимур сейчас.
– Тебе хуже? – спросил Тимур, не отрываясь от моего лица. Казалось, он ловил малейшее движение бровей и губ. – Вот, – протянул он ложку, полную горячей каши, мне навстречу. Разумеется, предварительно подув на неё. – Поешь немного.
Даже если бы у меня был аппетит, я не стала бы есть таким образом. Отвернувшись к стене, у меня получилось наконец отстранится от его заботы.
– Зачем вы это делаете?
– Я...
– Не хочу вас видеть. Не хочу принимать то, что вы даете.
– Знаю. Я знаю, Вета, – заискивающе произнес Тимур.
Где-то из-за спины послышался шорох – это он поставил тарелку обратно на поднос. Какое-то время мы сидели молча. Не знаю, злило ли мое поведение бывшего любовника или удивляло, но в этот раз мне действительно было плевать на его чувства.
Он меня обидел. Сделал больно... Очень больно! Я мечтала никогда не знать его. Выпить пилюлю забвения, напрочь лишиться памяти – лишь бы стереть его образ из своего сердца. Но вот он опять пришел. Чего хочет на этот раз?!
Будто читая мои мысли, Тимур хрипло произнёс спустя вечность этого напряжённого молчания:
– Я очень виноват перед тобой. Даже просьба о прощении в данном случае будет выглядеть как насмешка в твою сторону. Ты такого не заслуживаешь.
– И все же вы здесь. Пусть уже столько раз отталкивали меня, но все равно не можете просто взять и оставить в покое после того, сколько унижений я вынесла, – голос совсем не дрожал, когда я говорила это. На слезы уже просто не осталось сил. Я действительно устала.
– Да, я не могу отпустить тебя, но все же... должен. Я знаю, что
– Тогда прощайте. Теперь уходите! – подскочила я с постели, усевшись прямо напротив него. От такого резкого скачка, в глазах в тот же миг потемнело, а голова загудела от боли.
Тимур, заметив это, без лишних разговоров поддержал меня, помогая улечься обратно.
– Я уйду. Клянусь, как только ты встанешь на ноги – я уберусь к черту, и ты никогда меня не увидишь. Но сейчас… Можешь злиться, проклинать меня, но тебя я в таком состоянии не оставлю.
Что ж, пусть делает, что хочет.
Тимур, видя, что я снова поддалась его уговорам, продолжал бережно ухаживать за мной, делая те вещи, которые никогда не сделал бы даже самый внимательный любовник. Помимо того, что он кормил меня и мою собаку, он убирал в квартире, платил по счетам, а так же… водил меня в туалет и помогал принимать ванную.
Наверное, так делают члены семьи, когда их ближайший родственник болен?
Разумеется, я была совершенно сбита с толку его поведением, не поддающимся никаким законам логики. Что происходит у него в голове?
