А потом из спальни, подслеповато моргая, выглянула Минди.
– Он ушел? – спросила она жалобно.
– Ушел, – кивнула я.
И выражение лица блондинки тут же изменилось. Войдя в гостиную, она уперла руки в боки и уставилась на меня с ненавистью.
– Это все ты виновата! – огорошила она меня, пока я безуспешно пыталась подняться на ноги. Рассаженое колено ныло от боли и, задрав подол платья, я отважилась на него посмотреть. Ссадина оказалась действительно серьезная и кровоточила. Стоило мне дотронуться до раны, как кровь густыми каплями заструилась вниз по ноге.
– Виновата в чем? – едва не шипя от боли, я все же встала на ноги. – В том, что ты такая дура?
– Зачем было мешать нам с Ронаном? У нас все было идеально. Он готовился унаследовать клан. Обязательно было вылезать из своей дыры с этой никому не нужной истинностью?
– Как будто это был мой выбор, – со злостью бросила я. – Моего мнения, знаешь ли, не спросили.
– О, уверена, ты вполне могла отказаться. Просто не захотела.
– Отказать дедушке Бейлу? – я истерично хихикнула. – Серьезно? Взять и пойти ему наперекор?
Мне хотелось вцепиться ей в волосы и выдрать их все. Вот бы Натан удивился, обнаружив свою трофейную жену абсолютно лысой. Но я сдерживала себя. Все же я не какая-то необразованная девка, готовая драться из-за мужчины, пусть даже своего истинного.
От дальнейших выяснений отношений нас избавил появившийся оборотень. Я надеялась, что он покинул нас до самого вечера, но раздраженный мужчина, как оказалось, всего лишь уходил за цепью.
– К ножке кровати? – издевательски спросил он, хлопая себя по ладони металлическими звеньями. – Или сразу к моей ноге? Выбирай.
– Что б тебя кошки драли, – вспомнила я излюбленное проклятие моей кузины Кайли. – Провались уже.
Но пол под ногами оборотня даже не скрипнул. Схватив меня за ошейник, мужчина пристегнул цепь к колечку, разжав одно из звеньев. И меня, как какую-то псину, действительно приковали к ножке кровати в спальне. Отойдя на несколько шагов, Натан полюбовался делом своих рук и удовлетворённо хмыкнул.
– Тебе идёт, – ехидно заметил он. – Покорность к лицу любой женщине.
– Я тебе не покорюсь, – упрямо заявила я.
И если Натан думал, что я не попытаюсь устроить ему бессонную ночь, то жестоко ошибался. Я стояла, отказываясь опускаться на пол, под его внимательным, насмешливым взглядом.
– Так и будешь стоять всю ночь, маленькая альфа? – спросил мужчина.
– Мне нужно в ванную, – вздернув подбородок, заявила я. – Мне не предложили ни еды, ни воды, но это я как-то могу пережить. Мне нужно только в ванную.
Натан помрачнел. Кажется, ему и в голову не пришло, что пленницу надо кормить. Мой живот, как назло, именно в этот момент выдал длинную трель, напоминая о себе.
С тихим вздохом оборотень приподнял кровать и снял цепь с ножки.
– Пойдём, – он намотал мой поводок на кулак. – Разберёмся с твоими базовыми потребностями.
– Я тоже хочу есть, – внезапно подала голос Минди. И мы оба удивлённо уставились на неё, так как совершенно не заметили её присутствия. Волчица сидела на кровати, прижав к животу подушку, и её лицо было мокрым от слез.
– Тебя здесь никто не держит, – раздражённо выдохнул Натан. – Чего не поела?
– Я твой трофей, – глаза блондинки обиженно округлились. – Ты должен заботиться обо мне.
Кажется, у оборотня пропал дар речи. У меня нервно дёрнулся глаз.
– Терпения тебе, – насмешливо пожелала я. – Посмотрим, кто не выдержит раньше, ты или твои трофеи.
– Я не понял, – оборотень кашлянул. – Мне тебя с ложки кормить надо?
– Нуу, – Луна Великая, она действительно задумалась, постучала пальчиком по нижней губе, посмотрела в потолок, будто что-то решая.
– Хочешь есть – иди и поешь, – раздражённо бросил Натан. – И мне принеси. Не хочу ужинать с этим змеиным клубком.
Тут я была с ним солидарна.
Минди, обиженно хмурясь, слезла с кровати и отправилась добывать себе пропитание.
– И для Эмбер что-нибудь захвати, – крикнул оборотень ей в спину. Плечи блондинки напряглись, но перечить она не стала.
Дернув за цепь, мужчина подтолкнул меня к ванной.
– Я мог бы пойти с тобой, – мрачно произнес он. – Но на первый раз не стану. Окон там нет. Я буду прямо за дверью, поэтому если заподозрю, что ты решила сделать глупость, немедленно войду. Двери запирать не смей.