Кафе «Марципан» арендовало весь первый этаж старинного здания в центре города. Пару лет назад Митя подготовил отличный материал: серию очерков о реставрации памятников архитектуры. Он даже взял интервью у бизнесмена, который выиграл тендер городской администрации и восстановил здание за свой счет – теперь сдавал верхние два этажа под офисы, а внизу разместилось кафе. Митя припарковался точно напротив высокой витрины со стильной надписью «Marzipan – Breakfast, Bakery & Confectionary», какие красивые все-таки хвостики и завитки в этом шрифте.
Для управления двумя большими залами владелец кафе держал метрдотеля, сегодня это была высокая и строгая Светлана. Впрочем, при виде любимых клиентов она совершенно искренне улыбнулась.
– Дмитрий, Екатерина, доброе утро! Вы к нам завтракать?
– Доброе утро, Света. Все так, – любезно ответил Митя.
У конторки метрдотеля немедленно возникла официантка, новенькая какая-то, симпатичная казашка, не видел ее раньше. Светлана осведомилась, в каком зале гостям будет удобнее и, получив ответ, едва заметно качнула головой: официантка проводила их в салатовый зал и усадила за прекрасный столик на двоих у окна. Яркая маркиза, будто в Неаполе, защищала от солнца, где-то в глубине кафе играл легкий джаз. Баскский омлет, только что испеченные булочки, отменный кофе, свежевыжатый апельсиновый сок – простая пища без изысков, но как придает сил для долгого дня, полного испытаний и, конечно, побед.
После завтрака они попрощались: Митя должен был отправляться на рабочую встречу, а Катю ждали хризантемы, розы, герберы, ирисы, гипсофилы, рускус – словом, все, что природа создала для творчества лучшей девушки на свете.
– Пиши мне, пожалуйста.
– Хорошо, но только и ты мне пиши, обещай.
– Обещаю.
Поцелуй. Стройные ножки в джинсовых шортах, круглые серьги качаются в такт. Повернула за угол. Митя посмотрел на часы и быстрым шагом направился в сторону сквера у Концертного Зала, до встречи с Андреем оставалось десять минут, а опаздывать он не любил.
Все это началось двумя днями ранее, когда во время обеда в офисе зашел разговор о новом контенте. Именно тогда Валерка Мордасов, светлая голова, и предложил серию статей о развенчании мрачных мифов, связанных с Омском.
– Давно пора, – уверенно говорил он. – Разруха в головах, вот мы ее и ликвидируем. Прольем, так сказать, свет правды на средневековую темень.
Идея всем очень понравилось, тут же набросали список стереотипов, подлежащих развенчанию, а потом, недолго думая, тянули жребий, кому и о чем писать. Мите выпал, наверное, самый мрачный миф: «Омск – город наркоманов». Тем лучше, подумал тогда Митя. Про экологию и школьник напишет, а тут тема серьезная. В последний раз он касался проблемы наркотиков на первом курсе филфака. Тогда в рамках месяца социального просвещения его группа должна была выпустить стенгазету с пропагандой отказа от вредных привычек. Митя внес свою лепту, искусно изобразив по периметру газеты двух скелетов, державших, как алебарды, гигантскую сигарету и такой же внушительный шприц. На старших курсах до него доходили смутные слухи о торговле наркотиками в ночных клубах, но в этот бред он верить отказывался: кто в здравом уме будет продавать запрещенные вещества в местах массового скопления людей?
Для хорошей статьи требовалась актуальная информация, желательно, из первых рук. Андрей Серебряков был одноклассником Мити. После одиннадцатого класса их пути разошлись, но осталась «дружба» в социальных сетях да поздравления друг друга с днем рождения и новым годом. Андрей достаточно долго работал в Федеральной службе по контролю за оборотом наркотиков. В новую структуру, созданную взамен упраздненной ФСКН, он идти не захотел, и сейчас уже как частное лицо занимался какой-то корпоративной службой безопасности. Митя не назвал бы Андрея родственной душой, они никогда не были единомышленниками, не дышали одним воздухом. Андрей еще в школе отличался нелюдимым характером, был серьезен, сосредоточен и максимально далек от литературы, искусств, социальных наук, которые так нравились Мите. В одном сомневаться не приходилось: Андрей был и оставался честным человеком с железной моралью, с простым и ясным представлением о добре и зле. Суровые годы работы в наркоконтроле лишь закалили его, и порой Мите казалось, что благополучный светлый мир добрых и милосердных людей держится, в конечном счете, на плечах таких атлантов, суровых и жестких, видевших бездну, навсегда опалившую их лица.
Андрей прогуливался по аллее и задумчиво курил. Митя, довольный, что не опоздал, подошел к нему и, широко улыбаясь, пожал руку.
– Привет!
– Привет, Митяй, – улыбнулся Андрей. – Чет ты раздобрел немного. Женился?
– Нет пока… Раздобрел? Ты думаешь? Ну, может чуть-чуть. Я бегаю, здоровый образ жизни, все дела. Ты как?
– Нормально, все ровно, в основном. Ну что, рассказывай, что там за статья у тебя?
Они неторопливо шли по скверу, вокруг забавно переваливались с лапы на лапу раскормленные голуби.
