Арбитро…
Хитро выебанный масочник. Ты это с самого начала задумал?
Ну, конечно. Тупая управляемая гора мышц на мое место, а меня на потеху этому зверью.
Сука, никогда моя ненависть не была такой горячей. Даже вражда с Нано успела поостыть немного. Но это… Это… унижение. Поплатишься.
- И что, как я умер?
- В Колизее.
Кулак врезается в каменную кладку - крошка летит, кисть тут же парализует. Хруст.
- Проиграл… шматку мяса? - голос опасно низкий, тонкими струйками стекает кровь по разбитым казанкам.
Акира кривится, но не подходит.
Что, наконец-то выучил? Не стоит лезть под горячую руку.
- Так говорят, - братец отвечает совсем тихо, опустив голову.
Досадно, небось, было.
- Зачем ты пришел? Сообщить, что моя жизнь все-таки не лишена смысла?
- А в ней когда-то был смысл?
- Заткнись. Зачем?
- Может, во мне наконец-то проснулись родственные чувства? Я осознал, что семья - это все, что у меня есть, и прочее клубничное дерьмо?
Уголок рта презрительно кривится, а в голубых глазах отчетливо застыло непонимание и отвращение.
- Блять, нет, конечно. Не дергайся.
- Я последние пару лет пытаюсь убить тебя, а ты вот так запросто приходишь потрепаться?
- Ты думаешь, я бы пришел, если бы не необходимость? Я же обожаю вытирать сопли несамостоятельной мелочи.
- Да ты! Самовлюбленный эгоист, которого волнует только собственная задница, затянутая в латекс!
- Заткнулись оба, имбицилы! Ты… - Разгневанный мышонок тыкает пальцем мне в грудь. - Ты и так уже прилично заебал меня своими воплями за две недели! А ты! - Порицающий взгляд достается сморщившемуся Рину. - Не коси под истеричку!
Меня это как минимум веселит и… успокаивает. Ну, до момента поиска виновных в моей неосведомленности, конечно.
Сжимаю плечо в черной куртке, тащу ближе, прижимаю к себе спиной. Позволяю осмотреть свою кисть. Осторожно поворачивает ее и морщится, касается разбитых костяшек… И все это под жадным взглядом Рина. Не отрываясь, следит за движениями Акиры, даже не ест, а обгладывает его взглядом.
- Похож, да?
- Да иди ты, - сиплым шепотом.
Смутил я таки маленького братика.
- Сам знаю, что похож. Глаза почти те же. Но нет, их нельзя сравнивать. Не обманывайся, Рин.
Я редко называю его по имени, возможно, и вовсе не называл. Поэтому он снова дергается, смотрит на меня в упор, но старательно избегает пересечения с серыми глазами.
Напоминают, растравливают рану.
Эти серые глаза… дерзкие, как озера ртути. Их цвет - болезненный отголосок прошлого.
- Ты ЭТИХ видел?
- О чем ты? - Старательно делает вид, что не понимает меня, но всего единой искры в его по-девичьи огромных глазах мне хватает, чтобы понять: видел - и это испугало его.
- Рин? - поддерживает меня мышонок.
- Вы о трупаках? Ну, о тех, которые… и не трупы, да?
- Да.
- Стали появляться. Даже не знаю… Синие, раздувшиеся, разлагающиеся нарки. Некоторых я даже знал. Их убирают, но не каратели. Новые ребята в защитных костюмах. Вывозят на свалку. Ну, ты знаешь, туда, с высокой сеткой. Полнейший примитив. Тупо налетают на ограждение. Но позавчера я видел одного здесь, в безопасной зоне. Ближе сунуться не рискнул, слишком уж он был похож на…
- Зомби?
- Акира, иди на хер! Мне не десять, чтобы верить в зомби, вампиров и оборотней.
Мышонок ловко выворачивается из моих рук, обхватывает со спины, ладонями скользит под тонкий черный свитер - такая же водолазка, как и у него - легко цепляет ее пальцами и тянет вверх.
Морщусь. Ненавижу. Демонстрация моей слабости. И еще кому… Моему «любимому» младшему брату.
Неверяще разглядывает багровые полумесяцы на моем торсе, переводит взгляд на повязку на боку, изучает ее, так же, как и тугую перетяжку на ребрах. Скорее бы избавиться от этой дряни.
- Ну как? Уже начинаешь верить в злых зомби?
- Э… А почему не мозги…?
- Не знаю. Не нашли, наверное.
Очень смешно, блять. Ехидно скалюсь. Мышка возвращает мне точно такую же ухмылку. Вот же.
- Вот блять, - Рин тяжело сглатывает. Думает о чем-то. - Я ничего не знаю, ну, кроме того, что видел. Мотоми, возможно…
- Старик все еще трется тут?
- Да… но постой-ка. С какой стати я буду шевелиться для тебя?! Кто ты мне?!
- Ты прав. Нет причин. Кроме одной: это всех в этом ебаном городе касается, придурок! И кто знает, может, и до твоей тощей задницы доберутся. Откусят кусочек.
Мелкого передергивает. Что, тоже страдаешь от слишком живого воображения?
- Рин, послушай, я знаю, что ты обо мне думаешь. Но сейчас не время… Мы заодно. И даже этот козел, которого ничего не волнует кроме собственной задницы, на нашей стороне.
Блять, ты меня радуешь все больше и больше. Рискнул бы ты ляпнуть подобное раньше?
Еще как. Дерзкий засранец.
Не могу не восхищаться.
И, дьявол, дай мне сил не придушить его. Или что мы там решили… выпотрошить? Или выебать… БЛЯТЬ!
Действительно растерял остатки мозгов, чего там жрать.
Акира оттесняет меня плечом, шагает вперед, кладет ладонь на светлую макушку.
- Рин?
С таким доверием смотрит на моего мышонка малыш Рин. Доверием… и надеждой?
Нет.
Я больше не повторю своих ошибок. Не отдам. Теперь точно нет.
Братик колеблется, выдыхает, прикрывая глаза. Принял решение?
