Согласно сложившейся традиции Тарлин не имел права видеть своего будущего мужа в свадебном одеянии до начала церемонии, и сейчас с восторгом смотрел на хрупкую фигурку, приближающуюся к нему. Повседневный серый плащ Гилору сейчас заменяло платье ровного кроя из тяжелой перваншевой ткани с более темными прожилками. Его покрывал роскошный рисунок из крупных жемчужин, перламутра и кристаллов горного хрусталя. Лицо эрилиона было скрыто за плотной тканью, и Тарлин невольно задал себе вопрос, как же его жених видит. На самом деле эта вуаль должна была быть легкой и полупрозрачной, но Гилор был согласен выйти перед таким количеством гостей только в случае, если его лица не будет видно.
Тарлин надежно обхватил пальцами подрагивающую ладонь в перчатке — в отличие от него, эрилион, похоже, сильно волновался. Он автоматически отвечал на вопросы короля об уверенности и добровольности вступления в брак и в который раз уже мысленно поблагодарил отца за то, что церемония была назначена гражданская, а не магическая, которая связала бы их с Гилором на всю жизнь.
— Объявляю вас старшим мужем и младшим мужем. Прошу скрепить ваш союз поцелуем.
Тарлин, помня о нежелании эрилиона показывать лицо, чмокнул его прямо через вуаль туда, где примерно должны были находиться губы. И только в этот момент ему в голову пришла мысль, что он, наверное, и не смог бы прикоснуться к обнаженным губам Гилора. Да, к его, мягко говоря, нестандартной внешности он привык, но супружеский поцелуй — это было бы слишком.
***
Столы, полные превосходной еды, постепенно пустели, лилось рекой эльфийское вино. За здоровье молодых супругов поднимались десятки тостов, и было бы огромным пренебрежением к гостям пропустить хотя бы один. К тому моменту, когда женихи должны были под конвоем сотни гостей удалиться в свои покои, Тарлин был уже весьма пьян. Но, несмотря на это, ему удавалось достаточно ловко вести эрилиона под локоть и попутно отвечать на пикантные шутки толпы о предстоящей ночи. Едва ли кто-то из них действительно полагал, что прекрасный Тарлин и этот уродливый пришелец сегодня разделят брачное ложе, однако дроу считал, что этот момент их никаким образом не касается.
Скрывшись за дверями, отрезавшими, наконец, молодоженов от их чересчур активных провожатых, Тарлин обессиленно опустился на постель, раскинув руки и ноги морской звездой.
— Не-е-ет, —простонал он, — еще одной свадьбы я не переживу.
— Зачем ты вообще на нее согласился? — раздался шелестящий голос.
— Это была единственная возможность избежать брака с эльфийской принцессой. Она, конечно, красивая, но глупая неимоверно. Жить с ней сотни лет я бы не смог. А тем более — воспитывать ребенка одного на двоих. Так что всё складывается отлично. Сейчас пять лет брака с тобой, потом я ищу себе постоянного магического супруга и усыновляю ребенка своей фаворитки. И все рады, — не открывая глаз, объяснил дроу и полюбопытствовал: — А ты почему согласился?
— Меня никто не спрашивал, — прозвучал тихий ответ.
Дроу потер лицо ладонями и посмотрел на своего визави. Гилор, откинув с лица занавесь, сидел на краю постели, сцепив ладони до побелевших пальцев, и кусал губы. Сейчас эрилион выглядел не принцем загадочной страны, а одиноким, потерянным мальчиком.
— Ги-ил, а Ги-ил, — позвал Тарлин, ощущая, как крепко пары эльфийского вина вступили ему в голову.
— Что? — отозвался эрилион, повернувшись к нему.
— Ги-ил, ты вообще когда-нибудь целовался?
Юноша вспыхнул, вскидывая голову, но тут же опустил, отрицательно покачав ею. Дроу подсел к нему рядом, приподнимая лицо, и, не давая себе передумать, прикоснулся к истрескавшимся губам. На удивление, они оказались не шершавыми, а очень мягкими и нежными. Тарлин целовал уже по-настоящему, раздвигая губы Гилора и проскальзывая языком в прохладную влажность рта. Мысли о нежелательности супружеского поцелуя даже не возвращались, дроу просто наслаждался им, а абсолютная неискушенность мужа почти сводила с ума. И стоило Тарлину полностью отдаться поцелую, скользнув ладонями в волосы супруга, как перед его закрытыми глазами предстал совсем другой образ. Он был неуловимо похож на Гилора, но казался совершенством. Каскад золотистых волос густыми волнами лился к его талии, блестящие, словно расплавленное серебро, серые глаза в обрамлении длинных ресниц смотрели открыто и чуть испуганно, кожа цвета топленого молока манила прижаться к себе губами. Тарлин в шоке распахнул глаза, но перед ним сидел всё тот же отталкивающий Гилор, а не неземное существо.
— Ну зачем?.. — прошептал эрилион, отшатываясь и закрывая лицо руками.
Всё так же не отнимая рук, он вскочил, убежал в ванные комнаты и заперся там. С удивлением посмотрев юноше вслед, Тарлин пожал плечами, разделся и залез под одеяло. Насыщенность сегодняшнего дня всё же дала о себе знать, как и алкоголь, которого дроу выпил предостаточно. Едва коснувшись головой подушки, он провалился в сон.
***
