– Я хотела туда давно, но это казалось нереальным. Время шло, стала забывать, да и вообще, – улыбаюсь, – вся эта мода на Италию.
– Поддалась моде?
– Сначала думала, что да, но потом…Знаешь я люблю путешествовать. Это освежает. Проблема в том, что не всегда знаешь, чего хочешь. А тут…Включила телевизор – Венеция – побежали мурашки – надо ехать.
– Любопытно.
– Как ты меня нашел? – задаю вопрос и внутренне сжимаюсь: в любой момент затишье может обернуться бурей.
Молчит. Колеблется. Опять эта жуткая улыбка.
– Знаешь, кто лучше всех умеет хранить секреты?
– Говорят, что мертвецы.
Слегка касается ладонью моей щеки: «Ты отсюда не выйдешь». Это мы еще посмотрим.
– Я знаю. – В голосе нет страха.
– Тебя нашла жена.
– Жена? – недоуменно смотрю на него. Ничего не понимаю.
– Это программа.
– Но почему «жена»?
– Она была спусковым крючком.
– Из-за нее ты ненавидишь женщин?
– О, это начинает походить на низкопробный детектив.
– Марк, расскажи мне, – беру его за руку, – прошу.
– Хорошо, – подозрительно легко соглашается, – ты же все равно умрешь.
Или нет…
– Итак, – делает нарочито серьезное лицо и декламирует торжественным голосом, – родился я в далеком 1987 году в прекрасном городе на Неве. И, в отличии от тебя, в весьма состоятельной семье. Единственный ребенок. Сын и наследник.
Пауза. Продолжает уже без явной иронии: «Отец…Отец всегда был строг и требователен, на меня возлагались большие надежды: лучшие школы, репетиторы. Всё. Из-за череды бесконечных командировок и встреч он бывал дома наездами, меня воспитывала мать». Снова пауза. На секунду лицо немного светлеет, но тут же становится мрачным. «Она всегда была добра, говорила, что я – самый лучший. Красивая и молодая. Ее не стало, едва мне исполнилось 12. Автокатастрофа. Долго не мог прийти в себя, и простить отца, который женился спустя год».
«Мачеха, – выплевывает слово, как таракана, – Анжела – испорченная дрянь.. Выскочила за мужика, который годился ей в отцы. Сначала я пытался воевать с ней, – качает головой, – не всегда нужно идти с шашкой наголо. Во время очередной ссоры она заявила, что моя мать изменяла отцу. Абсурд! Я побежал к нему, уверенный…– замолкает и смотрит вперед невидящим взглядом. У тебя было чувство, как будто земля уходит из-под ног? Она ехала в машине с любовником и не справилась с управлением. Качает головой. Ужасно. Мой мир рухнул».
За окном завывает ветер. Перед глазами проплывают яркие картинки. Становится грустно.
Тем временем он продолжает: «Анжела думала ,что победила, но, все только начиналось. Посмотри на меня. Даже подростком я был чертовски хорош. Девки висли на мне грозьями и влюблялись как кошки. Глупые куклы. Соблазнить Анжелу не составило труда.»
– Я поняла, кого ты напоминаешь! – неожиданно меня осеняет, – Джеймса Дина!
Если бы не лед во взгляде…
– Ну нет, он плохо кончил. Хотя, – смеется и качает головой, – а ведь и правда.
«Так вот. Мало того, что Анжела была шлюхой, – хмыкает, – в чем я и не сомневался. Она была еще и жадной шлюхой: решила отравить отца и рассказала мне. Ну не дура? – хохочет.
Жуткий смех.
– Каждый получает то, что заслужил. Справедливость восторжествовала, и яд достался ей. Я лишь немного помог. – Доволен собой, ни тени раскаяния.
– И тебе ее не жаль?
– Шутишь? – вскидывает брови.
Нет…Мне горько.
«План был хорош. Никто ничего не заподозрил. Шли годы. Я наслаждался жизнью на полную катушку: вечеринки, поездки, машины, секс, выпивка… Пробовал всё. А потом стало скучно. Отец видел, что я качусь в никуда, и, не поверишь, решил меня женить. Думал, образумлюсь. Ха, девкой больше, девкой меньше, почему нет?..
«Дочь его партнера, династический брак, ни больше, ни меньше. Мы встретились у общих друзей. Черт, и тут я понял, что пропал. Представляешь?» Замолчал.
Пауза затянулась. Забыл про меня напрочь, сидит и смотрит в окно.
– И вы поженились?
Резко разворачивается. Дикий взгляд. Даже не успеваю выдохнуть. Секунда. Берет себя в руки. «Давай отложим до завтра, Лина, – гладит меня по голове, – или ты хочешь умереть сегодня?
Конец игры.
Всю ночь я металась по кровати. Беспокойные запутанные сны были похожи один на другой: узкие душные коридоры, поиски и кромешная темнота.
Новый день встретил прекрасной погодой: ослепительно-яркое солнце и полный штиль. Нестерпимо захотелось вдохнуть свежего воздуха.
Выйдя из душа, обнаруживаю записку, это становится традицией: «Белый сарафан. Пора прогуляться».
Стол уже накрыт. Сегодня у нас омлет.
– Как спалось? – кажется, у него хорошее настроение.
– Не очень. Можно я позвоню родным?
Хмурится и смеряет меня взглядом.
– Почему нет? Минута – и без глупостей.
От волнения пальца плохо слушаются, с трудом набираю номер. Я не боюсь ни смерти, ни его угроз, но сейчас, слушая длинные гудки, дрожу всем телом. Кажется, еще секунда и разрыдаюсь. У папы веселый голос, а бабушка уже волнуется. Бодро вру про невероятную Италию и плохую связь. Кладу трубку. Я не должна показывать слабость, но нервы сдают. Меня трясет, закрываю лицо руками.
