– Похоже свежий воздух тебе просто необходим. Пойдем погуляем. Я закончу рассказ. – Улыбается и протягивает руку.
– Марк, – беру его за руку, – я сегодня красивая?
Ошарашенно смотрит.
– Конечно. Готова?
– Да.
Я не умру.
Едва открылась дверь, солнце поцеловало кожу, а нежный южный ветер игриво приподнял подол. В воздухе пахнет зеленью и цветами. Совершенно неожиданно для себя разворачиваюсь к Марку и со счастливой улыбкой заявляю: «Да ведь мы в деревне!».
Пыльная проселочная дорога, ветхие деревянные домики с резными ставням, местами мелькают новые черепичные крыши и яркий сайдинг. Вспоминаю детство…Неспеша бредем по улице. Судя по всему, деревня невелика: вижу старую покосившуюся церковь с заколоченным входом. На полуразрушенной крыше растут березки, крест накренился. Тут же маленький кирпичный магазин – центр местной жизни. Солнце нещадно палит, и бабульки спасаются на лавочке в тени. Когда они приветливо здороваются с Марком, испытываю почти шок.
– А ты как думала? У нас добрососедские отношения. По местным меркам я парень толковый. – Искренне хохочет.
– Но…
– И не пытайся. По-твоему все кровожадные маньяки сутки напролет сидят в своем логове? Многие из них, – кивает на пенсионерок, – совсем одиноки. Если я могу помочь, почему нет?
В голове сумятица. Полное ощущение параллельной реальности.
– Смотри!
Глазом моргнуть не успела, как мы оказались на краю деревни. Куда ни глянь, повсюду невероятный простор: золотистые поля, засеянные рожью, кажутся ослепительными на фоне ярко-голубого неба, вдалеке темнеет лес. Воздух невероятный. Хочется дышать полной грудью. Поворачиваем направо и доходим до маленького пруда, окруженного ивами. Красивое место. Под деревьями приятная прохлада. Тишину нарушает лишь кваканье лягушек и пение птиц.
Молчим.
– Ты начал рассказывать про ту девушку…
Задумчиво смотрит на пруд. Если бы я только знала, что шанс еще есть…
Тишина.
– Марк…
– Ты могла закричать, позвать на помощь…
…позвонить в 112, сбежать, ударить ножом…И ты бы меня убил. Дело не в страхе и даже не в зыбком шансе на успех. Он ведь тоже мог, тысячи раз…Я должна помочь.
Говорю чуть слышно: «Хочу дослушать историю до конца».
Поворачивается. Не могу прочитать, что в его взгляде: недоверие? Боль? Качает головой.
– И все-таки ты – дура, Лина.
Возможно, поезд несется в никуда.
– Ты действительно любил ее, а, Марк?
Звуки вокруг стали тише. Презрительно бросает:
– Думаешь, я способен на это?
Хотела бы знать…
– Тогда мне так казалось.
– А теперь?
Уже не слышно ни лягушек, ни птиц.
– Ты сама любила когда-нибудь?
– Неужели этого нет в моем досье? – сарказм сейчас так не кстати. Тормоза слетели. – Извини. Влюблялась, но, только полюбив сейчас, понимаю, что было не то.
– Каково это?
Издевается? Пожимаю плечами.
– Просто любишь и всё. Не нужны ни причины, ни взаимность. Только любя можно почувствовать жизнь, так мне кажется.
– Поэтично. – Кивает головой. – У меня было не так. Наивный дурак, думал, что наконец-то нашёл. – Качает головой. – Взялся за ум, отбросил всю шелуху, отец был горд. Назначили свадьбу. Всё как на картинке: красавица-невеста, миллион гостей, шик, блеск, медовый месяц…Я был счастлив. А потом… – вздыхает и обхватывает голову руками, – как в дурацком анекдоте: нужно было позвонить, телефон разрядился, взял у нее. А там переписка. Взломал почту: еще до свадьбы. Плевать ей было на меня. Решила пожить год-другой, а потом отжать половину: несмотря на состояние, ее папочка не стремился делиться, а свободы хотелось. Кто он? Драный провинциал, перспективный, да, но ни кола, ни двора. – Махает рукой. – Туда им и дорога.
Холодею от ужаса.
– Что ты сделал?
– Убил обоих. Очередной несчастный случай. Пытались копать, но я был чист. Только отец…– бьет кулаком в землю, – не знаю как, он понял всё. Смотрел на меня, как на мразь. Сказал, что не посадит. Репутация. – Плюет в землю. – Я умолял, но – качает головой, – выкинул как собаку. – Криво улыбается. – Квартира, тачка, и остатки наследства матери остались при мне.. По привычке пытался забыться, но ни тусовки, ни даже наркота не могли помочь. Тщетно. Я не мог спать, не мог есть и не чувствовал ничего.
Задумался.
– Однажды, как всегда бездумно катался по городу. Очередная бессонная ночь. Начинало светать. Еле успел затормозить, он выскочил буквально из ниоткуда. Черт… Меня трясло, как в лихорадке. Мальчишку вроде не задело, но ревел он белугой. На улице никого. Выхожу из машины: «Живой?». А он как заорет: «Лучше б насмерть!» Оказывается, семья бедная, взял у друга ноутбук, нес домой, а его от удара разнесло. Поехали в магазин, купил ему новый, разговорились. Представляешь, не поиграть ведь взял: программированию учился. У меня как будто пелена спала. Бросил всё. Сел за книги. Открыл фирму. Вперед. Тогда у меня было две страсти: компьютеры и путешествия. Золотое время. Ребята бились головой об лед, говорили «невозможно», а я мог не спать сутки, трое, но находил решение. Все были в шоке. – Смеется.
Глаза лучатся теплом. Непривычно.
– Самые далекие уголки, опасные, порой совсем нетуристические места: объездил полмира. Невероятно.
