— Требуется мистическая сумка–пояс, скрывающая бесценную ношу от недобрых глаз… хочу иметь артефакт «Циклоп», призванный охранять золотую казну и безразмерную сокровищницу от пришлых и наглых воров, если они попытаются пробраться к моим богатствам посредством иноземной магии…
— И, наконец, желаю обладать зелиями омоложения, чтобы всегда оставаться вечно юным, желанным и прекрасным, как Бесподобный Адонис, воспетый талантливыми поэтами.
Вторым потоком сознания я подсчитывал, в какое количество монет обойдутся разбушевавшиеся фантазии Никифора, и имеет ли смысл предоставлять первому встречному вышеперечисленные неограниченные магические возможности.
— Твои обязательства будут исполнены?
— Пока я жив, точно так же, как и твои, — объявил Никифор.
— Справедливо. В сумке, рассчитанной на три часа невидимости, можно нести двести килограммов, не почувствовав веса. Пояс — на три часа невидимости. Такие характеристики устроят?
— Вполне! — Никифор затрясся от ожидания сверхспособностей и открывшихся перспектив.
Вместе с кристаллом — активатором магии и десятью кристаллами энергии, удовольствие обойдётся в девяносто девять тысяч монет… денег очень жалко, но если Никифор выполнит условия контракта, можно работать без оглядки на трудности, и по большому счёту, основные организационные вопросы также будут решены.
— Зелье омоложения принимать строго по одному флакону в день. Это важно, не перепутай дозировку. Энергия восстанавливается в течение суток, — объяснил я, передал Никифору заказанные свитки и артефакты, которые, после покупки, материализовались на магической скатерти. Никифор, активировав свитки, принялся изучать пояснения…
— Ты, трусливая овца! Неси сто килограммов золота! — вернувшись в реальность, приказал Никифор одному из секретарей, который после знакомства с пистолетом испугался за сохранность всех своих богатств. — Бесполезный баран, ты понял, что нужно нашему почтенному мистику–извещателю? — задал вопрос второму, встал из-за стола и обратился ко мне:
— Магистр Александрион, покидаю тебя и повелеваю: ты не станешь распространяться о новых выдающихся способностях, благодаря которым приобретёт мировую славу и легендарную известность Никифор Вриенний Глориос — Бывший Андумиаст Восточно–Римской Империи…
Вопреки пессимистичным прогнозам Кира, что «стопудово нас обманут и на деньги разведут», через полчаса утомительного ожидания и слегка устрашающей неопределённости появились всё те же два секретаря и потные прислужники, которые тащили тяжёлые мешки.
— Триста килограммов золотых солидов, — отчитался первый секретарь.
— Содержание золота в монетах — одна треть, — отчитался второй секретарь. — Если Магистру Александриону требуется чистейшее золото, придётся потратить несколько дней для обмена монет на слитки.
— Чистейшее золото не требуется, — отказался я. Через некоторое время прислужники успешно погрузили мешки в магическую сумку, после чего второй секретарь вновь подал голос:
— Магистр Александрион, вынужден уведомить, Алексис Пселл ненадолго задержится в спальных покоях гостеприимного Хормисдаса… позвольте представиться, Ираклий Ксифилин…
— Уполномочен сопровождать вас, — продолжил Ираклий Ксифилин, — мне поручено показать великолепные поместья, принадлежащие нобилиссимусу Никифору Вриеннию Блистательному. Прошу вас, предсказатели, пройдёмте… с учётом ваших весьма непритязательных и неприхотливых пожеланий, нобилиссимус Никифор Вриенний Благородный рекомендует посетить пустующую монастырскую обитель Преподобного Пахомия; торговую лавку афинянки Феофано и её младшей сестрицы Атанасии, а также одну из винокурен, что находится в Евдоме на берегу Пропонтиды…
Помещение для будущего казино, которое Никифор счёл наиболее подходящим для данной коммерческой цели, располагалось в квартале Ксеролофос, неподалёку от форума Аркадия. Как и вся, более или менее приличная недвижимость в Константинополе, монастырь обнесён высоким кирпичным забором.
Ираклий Ксифилин толкнул незапертые железные ворота… на территории пустующего монастыря мёртвая тишина… вокруг ни единой души… ни монахов, ни посетителей, ни домашних животных… недалеко от главного входа, свидетелем того, что здесь недавно проживали люди, служили остатки огромного костра… гора обугленных поленьев… чёрные доски разных размеров… два вместительных, сильно обгоревших железных сундука… я украдкой проинспектировал мрачноватое пепелище на наличие человеческих костей… к счастью, шокирующих находок не заметил.
