Выход полностью

В дороге я был три дня. Я установил надувную палатку и начал готовить ужин, развернув производственную систему, когда в мой лагерь пришла женщина. Тихая как ниндзя, одетая в тактическое снаряжение, небольшая финка на бедре, которую я даже не заметил. Без приглашения подошла и села возле печки, грея руки. Потом посмотрела мне прямо в глаза и говорит: «Джимми, ты ведь умный парень», что уже было смешно. Я напортачил в таких колоссальных масштабах, взял что-то прекрасное и превратил в дерьмо, пытаясь внедрить собственные идеи.

Я стал язвительным, поэтому сказал что-то вроде «Тебе надо больше общаться с людьми, если ты считаешь, что я умный парень».

Она рассмеялась и сняла с пояса мягкую флягу. Я унюхал хороший скотч, «Айлей», с дымком. Она отпила, передала мне. Скотч был так хорош! «У тебя родились правильные идеи, но с тем местом просто не было никаких шансов. Слишком много членов пятой колонны, они хотели принизить твои достижения. Я была в вашей сети с самого первого дня, пристально наблюдала за всеми и могу показать, где именно тебя обвели вокруг пальца. Они говорили, что там не было лидеров, однако не нужно копать слишком глубоко, чтобы понять: то, что говорит Лимпопо, исполняется. Она не отдает команды, но совершенно точно заставляет людей делать то, что она захочет. Но ты и сам это знаешь».

– Что они тебе предложили? – Лимпопо была на удивление польщена тем, что к ней проявляли такое пристальное внимание.

– Сначала деньги, но было ясно: она знала, что это не то, что мне нужно. Затем она предложила мне поиск компромата и поддержку, если я снова пойду на конфронтацию с тобой, что было для меня решающим доводом.

– Ты согласился с ее предложением? – такой исповеди она совершенно не ожидала. Лимпопо не понимала, уважать ли его за такой откровенный рассказ или дать оплеуху «за все хорошее».

Он горько рассмеялся.

– Ты серьезно? Ты же знаешь шутку: я здесь, потому что дурак, а не потому что сволочь. К тому времени, как «Б и Б» загнулись под моим руководством (после драки с парнем, которого я считал лучшим другом!), я понял, что был виной всех тех проблем, с которыми сталкивался в жизни, особенно после того, как твои новые «Б и Б» работали исправно всего в нескольких километрах вниз по дороге. Это была несомненная разбивка на первый-второй. Думаешь, я смог бы попытаться снова надрать тебе задницу, используя разведданные этой наемницы? Я был сволочью, но ни секунды не сомневался в том, что в случае драки с этими гадами буду на твоей стороне.

– Я же ни с кем не бьюсь, – она пыталась понять, не издевается ли он над ней. – Ты просто уходишь.

– Конечно.

– Ты на полном серьезе и в полной мере уходишь.

Он смотрел на удаляющийся хвост колонны, попытался встать, покачиваясь, крякнул и снова рухнул:

– Тебе лучше идти.

– Отвянь.

– Ладно, хорошо, – он засмеялся. Она уставилась на него через стекла скафандров. Взгляд у него словно бы отдалился на несколько световых лет. – Я имею в виду, когда ты ушла из «Б и Б». – Он снова засмеялся. Слезы покатились по его щекам. – Это было просто прекрасно. Я был так зол на тебя, считал тебя худшей тварью на всем белом свете. Ты не могла унизить меня больше, даже если бы впечатала в асфальт. Я так и не пришел в себя, – прерывистое дыхание. – Так и не пришел. Я явился туда с моей командой, ты их видела, мальчишки, которые считали, что моя задница излучает свет, искренне верившие в меритократию и не только как в способ определить, кому что должно доставаться, но как в способ решения всех наших проблем, – еще один отдаленный взгляд. – Думаю, что ты этого так и не поняла. Мои ребята смотрели на мир как Платон, знаешь, Республика. Каждый человек хоть в чем-то талантлив. Ты определяешь, что это, помогаешь другим людям открыть в себе то, что нужно, все счастливы, эффективно работают, и тогда все мы становимся лучше. Нет необходимости заставлять людей делать то, что им не нравится. Просто используй рейтинги, чтобы убедиться, что если ты делаешь ту работу, в которой не являешься спецом, то все это знают, включая тебя самого. Тебе достанется меньшая доля из общего котла, чем если бы ты делал то, в чем являешься специалистом.

Как только эта идея становится понятной, ее можно выразить математически, смоделировать теорию игры, найти равновесие Нэша[88]. Это настолько прекрасная идея! Она идеально все моделирует. В соответствии с ней все счастливы. Всех побуждают делать то, что они действительно умеют делать хорошо, а это лучший способ сделать всех счастливыми.

– Когда ты ушла, даже не вступив в спор, ты показала, что это все такая несусветная ерунда. Несколько недель я пытался доказать всем обратное. Но в твоем месте каждый мог взять то, что ему нужно. Тебе не требовалась полиция, не нужно было давать людям жетоны в знак того, что они заработали право здесь находиться. Все просто… работало.

Лимпопо уселась удобнее в снегу, переместив центр тяжести на ягодицы. Ее икры болели от сидения на корточках.