Поднявшись на свой этаж, Сергей стал звонить. Ключей в карманах не оказалось. «Наверное, выпали, когда меня дубасили», – подумал он, нажимая на звонок.
Никто не открывал. Сергея охватила тревога, и он, сильно заволновавшись, стал стучать кулаком в дверь, негромко приговаривая:
– Василина, это я. Ты дома, Василина? Василина, где ты? Василина!
И дверь отворилась. На пороге стояла его испуганная жена.
– Сережка, милый! Тебя отпустили? Слава богу, ты жив, Сереженька! – проговорила Василина и бросилась его обнимать.
– М-м-м… – простонал Сергей и от боли, и от радости.
– Болит? Что болит, Сережа? – опять испугавшись, спросила жена.
– Все болит, Василина, – пробормотал Сергей и вошел в квартиру.
– Заживет, Сереженька, все заживет, я знаю. Главное – ты жив! – простонала Василина. – Я так испугалась, когда ты домой не пришел, – чуть с ума не сошла! Обзвонила все больницы, все милиции – нигде тебя нет. Позвонила дяде Сафрону – он и нашел тебя. Ему там сказали, что тебя задержали за хулиганство, за дебош в казино, – удивленно закончила Василина.
– Не было никакого хулиганства, никакого дебоша, никакого казино. Это все брехня! А сейчас прости, милая, мне нужно в ванную и лечь, – с трудом проговорил Сергей.
– Сейчас, Сереженька, сейчас, я воду наберу, – засуетилась Василина.
– Не надо, не надо воду, не надо ванну, я под душем, – тихо ответил Сергей и поплелся мыться.
Когда вечером пришел Сафрон, Сергей лежал на койке. Сафрон заглянул в спальню и спросил:
– Не спишь, Сергей?
– Не сплю, Сафрон Евдокимович, – ответил Сергей.
– Можно к тебе? – снова спросил Сафрон.
– Можно, только прикройте, пожалуйста, дверь, – ответил Сергей. Сафрон вошел в спальню, прикрыл за собой дверь. Взял стул и уселся рядом с кроватью. Посмотрел внимательно на Сергея и заговорил:
– Я все знаю, Сережа, Василина мне все рассказала. В это верится с трудом, но, кажется, все – правда. Теперь расскажи мне, пожалуйста: что произошло в казино, из которого тебя забрали в милицию?
– Меня не забирали в милицию, – ответил Сергей. И, посмотрев на удивленного Сафрона, заговорил дальше: – В казино я зашел днем – засветиться. Поговорил с кассиршей в кассе, в которую должен был сдать деньги. Спросил у нее, как мне встретиться с Шалико, чтобы обсудить новые условия сотрудничества. Она в ответ спросила: «Шалико – это фамилия или имя?» В общем, включила дурочку и отфутболила меня, сказав, что среди сотрудников заведения Шалико нет. Я, совершенно не зная, где искать этого зверя, попросил пригласить кого-нибудь из менеджеров старшего звена. Пришел дядька – отставной военный – и то же самое: «Шалико – это имя или фамилия, мужчина или женщина?» Но я почему-то понял, что этот вояка прекрасно знает, о ком идет речь. Наплел ему ту же сказку про белого бычка: мол, хочу встретиться, обсудить новые условия и т. д. Дядька отправил меня восвояси ни с чем, но через два часа позвонил Тамаз от Шалико и сказал, что еще через два часа меня будет ждать машина у подъезда. Мне ничего не оставалось делать, как ехать на разборки. Или я их порешу и спасу семью – своих родных и близких, – или они меня порешат, и смерть моих будет лишена смысла. Я понял, что ножом я никого не смогу даже ткнуть, и вооружился, как дурак, молотком, засунув его рукоятью в рукав. Но они оказались лучше готовы к подобным встречам. Быстро разоружили меня, и перед тем, как отдубасить, Шалико поставил новые условия. Теперь я должен приносить ему миллион долларов первого числа каждого месяца. Иначе они убьют всех моих родных и через шесть месяцев я ему больше не нужен – он не любит нерентабельный бизнес!
Сафрон удивленно воскликнул:
– Боже праведный, да это же безумие какое-то! Как может человек выиграть в казино каждый месяц миллион долларов?!
– Я видел глаза этого зверя и в них прочитал, что деньги здесь – не главное! Главное для него – расправиться со всеми моими родными, уничтожить всех, а зачем – я не знаю, – проговорил с болью Сергей.
После недолгого молчания Сафрон заговорил:
– Это какой-то ужасный бред! Чем ты, музыкант, мог так зацепить лютого бандита?
– Я не знаю, почему и за что он на меня так окрысился, Сафрон Евдокимович, но он не отступит и не отпустит никого из нас, – с еще большей болью ответил Сергей.
– Надо обращаться в ФСБ, Сережа, у меня там есть хорошие знакомые. Заведут дело на этого негодяя. У них, наверное, есть программа защиты свидетелей? В конце концов, поменяют всем вам имена и фамилии, – проговорил Сафрон.
– Я думаю, что Шалико готов к подобному развитию событий и защита свидетелей в России не поможет. И на что мы будем жить? Я, кроме как писать песни, ничего не умею – как жить всем нам? Жить в постоянном страхе? Жить под прицелом этой сволочи? – проговорил Сергей. С мучением поднялся и присел на кровать напротив Сафрона. Посмотрел ему в глаза и сказал: – Надо куда-то спрятать всех, Сафрон Евдокимович! Спрятать надежно, пока я не закончу с ними или они не закончат со мной.
– Сережа, ты не справишься с ними самостоятельно – это самоубийство! – повторил слова Василины Сафрон.