Затем Аско с помощниками переместились в здание Гауптвахты: теперь уже официально, так как Маркканен не видел больше причин соблюдать при расследовании прежнюю осторожность, ведь Ежа с его компаньонами это место больше не интересовало и было понятно, что здесь проводились незаконные раскопки. Так что комиссар устроил им пропуск в пятую по счету камеру со стороны улицы.
На работы в подвале камеры ушло два дня: полицейские откопали пустой серебряный сундук с сохранившейся крышкой. Прежде чем открыть его, Аско тщательно осмотрел находку, но не нашел никаких гравировок. Яму в здании Гауптвахты Маркканен приказал пока не засыпать.
Комиссар Маркканен встретил Аско радушно и приготовил ему эспрессо. Сам Маркканен не стал ничего пить. Он сидел за письменным столом и казался подавленным.
— Перейдем сразу к делу, — сказал он. — Линдберг хочет прервать расследование по этому делу с сундуками на неопределенный срок, и я с ним согласен.
Аско ждал чего-то подобного. Он рассеянно разглядывал свой новый костюм, который после нескольких дней расследования совершенно потерял вид. Острый же взгляд Маркканена скользил по столу — комиссар явно обдумывал, что скажет дальше.
— Если бы я был археологом, эти находки привели бы меня в восторг, и, сказать по правде, они действительно интересны, хоть я и не историк. Тем не менее, с нашей точки зрения, оснований для продолжения расследования почти нет. Ну, незаконно выкопали пару ям, и это все. Подозреваемые покинули страну без добычи, а мы между тем потратили на это дело много сил и средств.
— А похищенная крышка одного из сундуков и гравировки, исчезнувшие вместе с ней?
— Она могла потеряться при раскопках или, может быть, пропала когда-то за прошедшие века.
Аско изумленно воззрился на Маркканена, который по-прежнему смотрел в стол, а иногда скользил взглядом по картинам на стенах кабинета.
— Я собственными глазами видел эту крышку, — сказал констебль. — На ней были гравировки. Единственное объяснение пропажи крышки — кто-то хочет спрятать надписи от других.
— Тебе только кажется, что ты ее видел. Но для твоей же пользы лучше несколько ограничить свою фантазию. Я прекрасно помню, что именно ты видел тогда, в первый раз. В условиях плохого освещения ты с края ямы смог увидеть только ее дно, покрытое газетами. В середине они топорщились, но тогда спускаться в раскоп было опасно. А когда вы спустились в раскоп, для начала укрепив его стенки, то нашли сундук без крышки.
Маркканен строго посмотрел на Аско, и тот понял, что комиссар не хочет допустить обвинений в адрес полиции в том, что она оставила ценную находку без охраны. Задним умом нетрудно понять, что было ошибкой бросить раскоп на произвол судьбы, но Аско поступил так, как считал целесообразным в сложившейся ситуации. Ему и в голову не могло прийти, что кто-то так скоро снова явится к обрушающейся яме и сумеет из нее что-то достать.
Аско было ясно, что тот, кто оторвал крышку и унес ее, действовал с риском для жизни, поскольку мог быть погребенным заживо в раскопе. Это не давало Аско покоя, и он подозревал, что до завершения дела еще далеко. Тем не менее он промолчал, понимая, что не может изменить решения Маркканена и Линдберга. Кроме того, Аско считал, что уже и так достаточно злоупотребил терпением Маркканена, заговорив о Даниэле.
— Ну а с тобой, Аско, поступим так. У тебя еще не использована неделя неоплачиваемого отпуска, и сейчас как раз удачный момент, чтобы ее отгулять. Чем быстрее мы выполним план по экономии бюджета, тем меньше вероятность, что кого-то сократят. Все документы по делу Цельхаузена и прочие материалы, если есть, сдай мне.
Аско собрал все, что было у него в кабинете, и отнес Маркканену. Оставалось еще забрать из дома выписки со счетов госпожи Аскен. Часы показывали начало первого, когда констебль уже шел в сторону Темппелиаукио. Дойдя до Булеварди, он вспомнил о Туве. Аско подумал было позвонить ей, но быстро отбросил эту мысль — он был не уверен, как Тува ответит, и их отношения остались прежними. Тем не менее он зашел в вестибюль здания, где работала Тува, и попросил секретаря передать ей записку. «В 20 часов там же, где в прошлый раз. А.», — значилось на клочке бумаги.
На этот раз Аско вовремя вспомнил о своем пустом холодильнике и по дороге купил еды. Съев свой запоздалый обед, он нашел банковские выписки старой дамы и решил просмотреть их снова. Он не искал чего-то конкретного, но у него было ощущение, что в этих скучных документах оставалось еще что-то, заслуживающее внимания. Перед ним, а вернее сказать, уже позади было дело, которое осталось нераскрытым, и он подозревал, что госпожа Аскен имела к нему какое-то отношение. Увы, загадка пока так и осталась неразгаданной: он ничего не обнаружил, убрал документы в сумку и понес их Маркканену.
В восемь вечера Аско ждал Туву в ресторане на улице Алексантеринкату. Минуты текли одна за другой, но Тува не появлялась. Обычно она не опаздывала. Когда она в конце концов появилась, была уже половина девятого. Аско встал, чтобы помочь ей снять куртку.
