Выкуп первенцев полностью

Аско услышал голос, который сразу перенес его мысли на юг города, на Каптеэнинкату:

Дорогой Лео, было приятно познакомиться с тобой, хотя в этот раз встреча оказалась очень краткой. Когда мы виделись в прошлый раз, я не была уверена, что ты происходишь именно из того рода, к которому, как я теперь точно знаю, ты принадлежишь. Я хорошо знала твоих дедушку и бабушку, мы входили в один достаточно узкий круг. Я знакома и с твоим отцом.

Лео, нам надо с тобой о многом поговорить. Я получила сведения о Короне. К сожалению, встреченные тобой люди не единственные, кто обладает этой информацией.

Тебе не нужно прямо сейчас ни о чем беспокоиться. Возможно, нам как-нибудь представится возможность поговорить. Меня вряд ли получится застать по известному тебе адресу, но, если понадобится помощь, отправь мне сообщение.

Не забудь на лето убрать шарф в сухое и чистое место, тогда он послужит тебе еще не одну зиму.

Сообщение закончилось. Аско попытался послушать его еще раз, но оно не сохранилось в памяти автоответчика. Одно слово эхом повторялось у него в голове: знакома. Госпожа Аскен говорила о его отце в настоящем времени. Совершенно очевидно, что она знала больше, чем Аско предполагал, но может ли она знать правду об отце, или Аско неправильно расслышал?

Он просмотрел меню телефона. В памяти был всего один номер, записанный под именем «А». Значит, встреча в синагоге ему не приснилась.

Колючие волны били в днище лодки из стеклопластика. Аско пытался разглядеть навигационные знаки в простиравшемся перед ним море. Прямо по курсу зеленела полоска берега.

Одним беспокойным днем, после встречи с Цельхаузеном и хасидами, но еще до похорон Клугмана, Аско получил письмо от Тувы. Она писала, что они не могут больше встречаться. Холодность Лео расстроила ее, но это было не единственной причиной. Она писала своим аккуратным почерком, что после того, как в прошлый раз ушла от Аско, решила вернуться на следующее утро и выяснить отношения. Она не хотела сдаваться и думала об их общем будущем. Когда она ранним воскресным утром поднялась на шестой этаж, из квартиры Аско вышла женщина. Она стремительно прошла мимо Тувы, вряд ли ее заметив. Тува почувствовала себя обманутой, поскольку все-таки считала, что между ними что-то было. Она писала, что взяла на работе отпуск и уезжает на Архипелаг[21]. Когда вернется, Тува не знала сама.

Однако после всего случившегося в голове у Аско стали появляться совершенно новые мысли. В них присутствовала ясность, он строил планы и наводил справки.

Пролетели недели, и в Финляндию пришло лето. Именно тогда Аско в конце концов получил информацию, которую давно искал: Бруннстенсё. Он купил морские карты и прочее необходимое снаряжение и арендовал небольшую лодку с мотором.

По карте Аско установил, что на этом небольшом островке было всего несколько домов. Наконец он причалил к берегу недалеко от них, пришвартовал свой катер к пирсу. Чайки и крачки с криком носились вокруг. Ни причал, ни строения на берегу явно не знали ремонта уже долгие годы и утопали в зелени. Стебли камыша пробивались между досками пирса, а невысокий можжевельник рос у самой воды.

Аско направился по тропинке к темно-зеленому дому. На веранде сидела Тува. Аско остановился перед крыльцом.

— Как я могу тебе доказать, что твое предположение было ошибочным? — спросил он.

— Останься здесь на недельку.

Аско поставил палатку на ровной, заросшей травой лужайке в нескольких десятках метров от дома и отключил питание в телефоне. Семь дней он работал на ферме. Они виделись с Тувой, только когда она сопровождала его по разным делам и когда они в молчании делили трапезу. Питались они хрустящими хлебцами, консервами, первыми скромными дарами небольшого огорода, рыбой, которую Аско добывал старой «мордой» — ловушкой из сетки, оказавшейся в лодке.

Вечерами Аско садился на берегу и глядел на волны, валялся в траве и думал о своем отце. По прошествии семи дней, когда сгустились сумерки, а на небе зажглись звезды, он подошел к Туве, чтобы открыть ей свою тайну. Лео протянул ей руку. И она взяла ее в свою.