– Иногда он подтрунивает надо мной. Хотя мне нравится, когда он дразнит Элизабет, так что, возможно, это не недостаток. Он далеко не сразу отвечает на сообщения и легко раздражается, особенно если не поел. Часто пускает ветры. А однажды дулся целый день – только из-за того, что мы не попросили его показать труп убийцы, которого кто-то застрелил в Куперсчейзе. У него кошмарный музыкальный вкус. А если он заходит вечером, то тут же начинает говорить, не обращая внимания, что здесь вообще-то телевизор смотрят.
– В Куперсчейзе застрелили убийцу?
Джойс отмахивается.
– Если его послать в магазин, он обязательно купит что-нибудь не то. И я не о печеньках с темным шоколадом вместо печенек с молочным. Я имею в виду, что если его попросить купить упаковку туалетной бумаги, то он обязательно притащит ананас.
– Довольно исчерпывающий ответ, – замечает Полин. – А есть ли хорошие моменты?
– Ну, это довольно длинный список, – отвечает Джойс. – Постараюсь перечислить вкратце: он верный, он добрый, он забавный, и я очень, очень горжусь тем, что по какой-то неведомой причине он захотел стать моим другом. Он – это только мнение – настоящий принц. Иногда я грежу наяву… Наверное, это прозвучит глупо, но иногда я мечтаю, как было бы хорошо, если бы Рон сидел на моем диване, а Джерри – в своем кресле и они бы вдвоем просто смеялись и спорили до бесконечности. Я очень ярко представляю это в своей голове. Джерри он понравился бы – и это самый большой комплимент, который я только могу придумать.
В глазах Джойс начинают дрожать слезы, и Полин берет ее за руку.
– Похоже, ты тоже любишь его, Джойс.
– Конечно, люблю, – отвечает Джойс. – Как можно не любить Рона? Я не о том, конечно, Полин, что он может стать моим мужчиной – по многим перечисленным причинам. Но если тебе нравятся ананасы и у тебя достаточно туалетной бумаги, то, возможно, он создан для тебя.
– А знаешь, наверное, ты права, – заключает Полин.
Теперь Джойс улыбается сквозь слезы.
– Господи, как мило! Поищу, пожалуй, свадебную шляпку.
– Давай не будем забегать так далеко, – отвечает Полин с улыбкой. – Все только начинается.
Полин отпускает руку Джойс. Однако теперь Джойс кладет ее поверх руки Полин. Затем смотрит ей прямо в глаза.
– Обещаешь, что расскажешь мне все, Полин?
– Похоже, дамы, вам не помешает налить еще по бокалу, – предлагает официант.
– Да, прошу вас, – отвечают Джойс и Полин хором.
– Ты пробила их по старым базам, – спрашивает Стефан, – и ничего?
– И ничего, – отвечает Элизабет.
Один друг, еще состоящий на службе, проверил для нее имена. «Кэррон Вайтгид» – ни одного совпадения. «Роберт Браун» – наоборот, слишком много. Ей, конечно, обещали просмотреть все, однако услуги – вещь не бесконечная, а Элизабет и так в последнее время просила от них довольно много. Возможно, стоит нанести визит главному констеблю да выяснить, не знает ли он случайно чего-нибудь такого, о чем не ведают они? Можно ли записаться к нему на прием? Должен же быть какой-то способ.
– Твой приятель их расколет, – говорит Стефан. – Тот, что с кроссвордами.
Ибрагим. Когда-то они со Стефаном были хорошими друзьями. Время от времени Ибрагим спрашивает разрешения зайти, но Элизабет продолжает ему отказывать.
– Эй, я пытаюсь играть в шахматы, – возмущается Богдан. – Можно поменьше болтовни?
Богдан спустился с холма, на котором кипит строительство, чтобы составить компанию Стефану.
– Вы по-прежнему довольно приятно пахнете, – замечает Элизабет. – Чувствую тот же запах, что и в прошлый раз. Я предположила бы, что вы с кем-то регулярно встречаетесь.
Элизабет способна интересоваться более чем одной тайной одновременно.
Богдан делает ход и откидывается на спинку стула.
– А что вы планируете сделать с парнем, которого должны убить?
– Я первая задала вопрос, Богдан, – возражает Элизабет.
Судя по всему, она ничего не добьется от Богдана. Может, начать за ним следить? Но не будет ли это излишне? Она на секунду задумывается и решает, что да, вероятно, это немного чересчур. На самом деле Элизабет ненавидит нераскрытые тайны. Шпионы подобны собакам. Они не выносят запертых дверей.
– Прекрасные книги были у того парня, Викинга, – говорит Стефан, обдумывая ход. – Весьма необычная подборка.
Стефан – это, конечно, ее тайна. Ее запертая дверь. Пока.
– Вы собираетесь воспользоваться пистолетом, который я вам дал? – интересуется Богдан. – Женщина, у которой я его позаимствовал, сказала, что он лежал закопанным в земле некоторое время, так что советую убедиться, что он еще стреляет.
– Теперь он будет давать мне советы насчет оружия, – качает головой Элизабет.
Хотя, конечно же, проверить не помешает. Вечером она возьмет его на прогулку в лес. Попугает там сов и лис.
– Богдан, старина, – говорит Стефан, хмуро глядя на доску, – похоже, ты снова меня подловил. Наверное, я теряю рассудок.
– Единственное, что ты теряешь, – выигрыш партии, – отвечает Богдан.
Кэррон Вайтгид и Роберт Браун. Самые первые операции с украденными деньгами. Должна же быть какая-то зацепка, но, по ощущениям Элизабет, она зашла в тупик.
