Если бы только узнать ответ! Тогда было бы легче понять, кто мог решиться на убийство. По ее мнению, иметь зуб на Виленского мог только человек, которого тот когда-то отправил за решетку. Но если это так, зачем старик впустил его в дом? А потом сел в кресло и даже положил ноги на подставку? Ничего подобного он не сделал бы.
Почему?
Зазвонил телефон, и Ника обрадованно схватила его: может, Кате понадобилась ее помощь? Если да – у нее появится занятие на ближайшие несколько часов.
– Вы уже ужинали?
Кириллу не понадобилось называть себя: Ника сразу узнала его голос и резкий тон.
– Ужинала?..
– Или обедали?
– Обед я проспала.
– Тогда давайте сходим в ваше любимое «Подворье» и поужинаем.
Вероника провела ладонью по волосам. Ей давно следовало что-нибудь съесть. Но ее по-прежнему подташнивало. Ника молчала так долго, что Кирилл напомнил о себе:
– Вероника!
– Слышу. Просто я… Мне не до еды.
– Все равно собирайтесь. Я подъеду через десять минут. – Он повесил трубку, а Ника изумленно уставилась на телефон.
Через десять минут!
Несмотря на сонливость, за десять минут она успела одеться, почистить зубы и умыться и уже причесывалась, когда в ее дверь постучали.
– Чертовски здорово выглядите, – заявил Кирилл вместо приветствия.
– Вы тоже, – холодно откликнулась она и пропустила его в комнату. Даже если она оделась, это еще не значит, что она готова куда-то идти с ним.
Он перевел взгляд на ее босые ступни.
– Обуйтесь. И носки не забудьте. На улице похолодало.
– Мне не до еды, – повторила она.
– Значит, просто посидите рядом.
– Вы очень любезны. – Несмотря на сарказм и все прочее, Ника впервые за этот день невольно улыбнулась. Улыбка, правда, получилась кривоватой. Федоров напомнил ей танк «Т-34» – примитивный, но мощный.
– Знаю. Моя любезность уступает размерами только моему… – Он опомнился, метнул на Нику быстрый взгляд и закончил: —…эго.
Вероника была готова поклясться, что он покраснел. Очевидно, он посчитал неуместным отпустить пикантную шутку.
Но, как известно, в каждой шутке есть доля правды…
Наклонившись, Федоров подобрал с пола туфли Ники и протянул их ей. Она не сомневалась, что он сам обул бы ее, если бы она попыталась отказаться.
Присев на кровать, она натянула носочки и обула свои закрытые туфли.
– Похоже, вы проголодались и хотите поговорить со мной, вот и решили одним выстрелом прикончить двух зайцев.
Он пожал плечами:
– Думайте что хотите.
А это еще что значит? Нике тоже хотелось поговорить с ним – о своих умозаключениях по поводу убийства. И она была вполне согласна посидеть рядом, пока Федоров ест.
По пути они подошли к столу администратора за оставленным там пиджаком. Пиджак был теплый, шерстяной, и Ника с радостью набросила его на плечи. Дождь уже закончился. Но, видно, совсем недавно: с деревьев все еще осыпались тяжелые капли. Темные тротуары блестели.
Федоров подвел ее к своей машине и открыл перед ней дверцу. Дождался, когда она усядется, обошел вокруг машины и сел за руль.
В «Подворье» они выбрали уютный дальний столик на двоих. Федоров подошел к барной стойке и, сделав заказ, присоединился к Веронике.
Вскоре официантка принесла большой поднос, плотно уставленный тарелками. При виде этого изобилия Ника вытаращила глаза.
– Вы сказали, что проголодались, но я думала, что речь идет о нормальном утолении человеческого голода, а не об обжорстве!
– Половина – вам. Надеюсь, вы любите куриный бульон и картошечку по-деревенски. – Он придвинул ей чашку с наваристым куриным бульоном и ломтик поджаренного хлеба. – Ешьте.
– Не понимаю, при чем тут мое отношение к бульону? Какая разница вам, люблю я его или нет? – растерялась Вероника, уговаривая желудок не бунтовать. Ей и вправду требовалось поесть. И бульончик, и картошечка были бы в самый раз. К сожалению, она не знала, вернулась ли к ней способность глотать и переваривать пищу.
– И ешьте эту замечательную селедочку с лучком. Если я вдруг не выдержу и поцелую вас, мне бы не хотелось дышать на вас луком. А если и вы его отведаете, то ничего не унюхаете. – Не поднимая головы, Кирилл принялся за бульон.
Все вокруг покачнулось перед Вероникиными глазами. Она озадаченно огляделась, подозревая, что попала в параллельный мир.
– Что вы сказали? – полуобморочно переспросила она.
Скорее всего, она ослышалась.
– То, что вы слышали. – Он поднял голову и фыркнул. – Видели бы вы сейчас свое лицо! Можно подумать, вы никогда в жизни не имели дела с мужчинами.
Ника решила махнуть рукой на бунтующий желудок. Ей срочно требовалось чем-нибудь заняться, чтобы отвлечься и выиграть время. Она взяла ложку и зачерпнула бульон. От ароматной горячей жидкости у нее мгновенно пробудился аппетит.
Она принялась глотать живительную жидкость. Поэтому вскоре успокоилась и смогла невозмутимо ответить:
– Скажем иначе, лишь немногие мужчины давали мне понять, что я их не интересую, доходчивее, чем вы.
– Значит, я опасался не зря.
