Очередной кошмар. Они недавно стали мне сниться. Если обычные сны я почти не помню, эти надолго врезаются в память. Их образы четкие. До сих пор есть ощущение холодного металла у меня в сердце и горечь дыма, смешанного с запахом крови.
Но это же бред. Общества давно не существует. А подвал или подземелье отделяет от меня почти десяток этажей. Я не была в том зале и не имею ни малейшего представления, где он находится. Мне ничего не угрожает, это просто сон.
Сквозь бархатные занавески просачиваются лучи солнца. Солнце… В наших краях его нечасто увидишь. Серые тучи круглые сутки большую часть года скрывают небо. Когда-то здесь было много зелени, все радовались жизни. Но я не застала этих времён. После войны, на которой наши враги применили химическое оружие, земли стали безжизненными. И солнце отвернулось от нас. Серый пейзаж, такая же серая жизнь.
Говорят, раньше можно было свободно передвигаться между городами, наслаждаться красотой местной природы, не опасаясь за свою жизнь. А теперь на простых путников нападают грифы – крылатые монстры, похожие на людей, но в тысячу раз превосходящие нас по жестокости. Они убивают без разбору или забирают в свои владения, где одним небесам известно, что с пленниками делают.
Именно поэтому мне запрещается покидать крепость, которая является и огромным городом. Мой дом – это столица одноимённого королевства Ценери. Я не знаю о жизни за пределами этих стен. Есть также ещё несколько городов, но там сейчас своё управление, которое подчиняется нашему королю. Я не лезу в эти дела. Женщинам здесь много что запрещено, меньше прав, чем у мужчин. Меня это злит, но я не смогу ничего поделать.
Девушек называют слабым полом. Только я пока что убеждаюсь в обратном. Нам иногда поручают тяжёлую работу наравне с мужчинами, только платят меньше. Сколько таких примеров, когда женщина идёт трудиться в период болезни. А от этого перенести ее становится тяжелее. Но они не остаются лечиться, иначе их лишат заработной платы. А вот мужчинам позволено куда больше. Они говорят, что девушки должны сидеть дома и воспитывать детей. Ага, конечно. Пусть сами попробуют их родить, перенести ужасные боли и мучения, а потом уж говорят.
Я потягиваюсь в своей большой кровати под балдахином. Остатки кошмара окончательно отпустили мое сознание. Моя комната намного больше тех, в которых живут большинство жителей крепости. Под потолком висит огромная хрустальная люстра с десятками свечей, ежедневно зажигаемых слугами, свет которых может сравниться с солнечным. Напротив кровати у меня камин рядом с дверь в мою личную ванную комнату. Со стороны стены с окнами, около кровати, стоит мой туалетный столик, за которым я делаю себе причёски, читаю книги и выполняю другие вещи, которые должны делать девушки (но мне они не приносят удовольствия). А с другой стороны расположился огромный шкаф с кучей платьев, в которых мне очень неудобно. Мне шили их на заказ из-за «нестандартной» фигуры. Объёмные бёдра с грудью и узкая талия считаются дурным признаком. По их мнению, я слишком люблю вредную пищу, от которой толстею, а узкая талия была сделана благодаря корсетам. Ну это же бред. Я себе нравлюсь, и полной не назвала бы никогда. И почему нужно угождать желаниям других во вред себе?
