Если караульные не врали, а они, скорее всего, как раз говорили правду, то, если дела пойдут плохо, сбежать будет крайне проблематично. Законами каждой страны запрещено проникать в выжженные земли, если, конечно, на это не давали волю правители местных земель. С королём Кхадалии, понятное дело, никто из троих знаком не был, и разрешения никакого им не выдавали. Они были всего лишь кучкой мародёров, одними из тех, кто, наплевав на законы и последствия, искали лазейки, проходы внутрь лакомых территорий, выискивая древние ценности и артефакты, сбывая их по своим каналам на чёрном рынке. Все были в курсе этого, даже верхушка, но чем больше отлавливали таких людей, чем больше проводили казней, тем более лакомыми становились эти земли. Отчасти это было вызвано бедностью окраин королевства. Гонимые голодом и нищетой, люди ставили свою жизнь на кон, уходя в дальние походы за славой и богатствами, в большинстве своём получая только мучительную смерть либо от рук монстров, либо от рук палача. Лишь некоторым везёт пережить несколько походов и приспособиться к такой жизни, получить уникальный опыт выживания, понять повадки тёмных существ, научиться их замечать и избегать… Но в любом случае человеческое любопытство, наслаиваясь на остальные проблемы, гнало всё новых людей взамен погибших, и всё повторялось сначала.
«Возможно ли, что нас раскрыли?».
Конвой вышел на хорошо освещённый участок прямо перед воротами в город. Стража отступила, отойдя немного назад, как будто по своим делам, но было заметно, что они следят за каждым жестом компании, а их руки как бы невзначай лежали аккурат на рукоятях небольших палашей. При свете можно было рассмотреть лицо человека, осматривающего их. Старческая физиономия с седыми волосами, мешки под глазами, неопрятный вид. Старик как из воздуха достал толстую книгу с пером и отошёл к столу, стоящему неподалёку, после чего начал что-то в ней записывать. Несколько солдат изъяли вещмешки поздних гостей, начав бесцеремонно осматривать их содержимое, но вскоре, потеряв всякий интерес, кинули их обратно владельцам. Ещё несколько секунд ничего не происходило. Люто краем уха уловил чьи-то едва слышные, о чём-то яростно спорившие голоса. Они становились всё громче и громче, и в итоге дверь, ведущая внутрь стен, с грохотом отворилась, заставив абсолютно всех вздрогнуть и перевести внимание на причину звука.
— Вам жить надоело, ублюдки? Что было неясного в указе о комендантском часе? Вы из-под какого камня вообще вылезли? — яростный голос принадлежал человеку, приближающемуся к нарушителям порядка. Часть его головы была перемотана свежими бинтами, левого глаза из-за этого было не видно. Судя по тону и наплевательскому отношению на то, что он говорит, во главе гарнизона этой ночью стоял этот человек.
«Комендантский час». Видимо, поэтому они не замечали людей на улице. Это стало полной неожиданностью для Люто. Он украдкой взглянул на Каина. Другой сказал бы, что мужчина невозмутим, но как человек, хорошо знавший повадки друга, Люто заметил лёгкие признаки паники на его лице. Дело принимало дурной оборот. Глава стражи явно был не в духе, ему ничего не стоило засадить их за решётку и продержать так несколько дней, пока кто-то не взболтнёт лишнего и не выдаст то, чего не следовало. И всё, их последнее похождение окажется действительно последним. Немного затряслись ноги.
Одноглазый же не замечал этого, злобно споря с невысоким человеком, идущим позади него. В одежде последнего узнавался белый медицинский халат, молодой белокурый паренёк упёрто пытался что-то доказать, но в ответ получал только гневные тирады от собеседника. Не выдержав этого, он остановился, что есть силы зашвырнул что-то в стену и, громко ворча, быстро поспешил вернуться в распахнутую дверь, не забыв громко захлопнуть её.
Наконец оставшись в одиночестве, мужчина устало потёр переносицу, но, зацепившись глазами за троицу, злобно оскалился и, чуть прихрамывая, направился к ним.
— Так-так. Знаете, ребята, а я ведь имею полное право при желании вас вздёрнуть прямо на этих стенах.
Мужчина начал поочерёдно подходить к каждому задержанному, внимательно вглядываясь в лицо.
— Учитывая ситуацию, командование меня за это даже бы похвалило.
Люто буквально чувствовал, как Рем прожигает своим взглядом неприятеля, в то время как он проходит мимо него.
— Я бы всё понял, если бы в Киртон не посылали гонца с приказом не выходить из домов после захода солнца… Но я лично проконтролировал этот процесс.
Мужчина остановился прямо напротив Каина, пристально вглядываясь в его глаза. Неловкая пауза, оценивающий взгляд, но лидер группы даже не шелохнулся. Одноглазый ухмыльнулся.
— Или же вы идёте совсем не оттуда?
