Взмах клинка полностью

Кас оттолкнулась руками от дерева и тут же споткнулась, едва не упав. Эландер подхватил ее и прижал к себе. Остатки вызванной ею Грозовой магии по-прежнему витали вокруг Кас, но они вроде бы не доставляли ему ни малейшего неудобства.

– Ты совсем обессилела.

– У меня все в полном порядке.

Эландер покачал головой в ответ на ее ложь.

– Я же чувствую, что каждый раз, когда ты используешь магию, у тебя остается все меньше жизненных сил. Твои магические способности не являются естественными, поэтому нельзя безрассудно разбрасываться ими направо и налево.

Эти слова испугали ее, хотя она и не подала виду. Ей и самой чудилось, что эта магия как будто убивает ее. Может, так оно и есть и это не просто плод ее воспаленного, подверженного панике воображения?

– Отпусти меня! – прошептала она.

Немного помедлив, он выполнил ее просьбу и отошел в сторону. На секунду Кас потеряла равновесие, прямо как в тот момент, когда у нее отняли подаренный им кинжал. Как будто у нее отняли частицу ее самой.

Когда он стоял так близко, она была готова забыть обо всем, что он натворил. Ее тело предательски жаждало одного – прижаться к нему, чтобы вновь обрести покой.

– Он больше мне не нужен. – Вынув кинжал, Кас протянула его Эландеру. – Забери его себе.

– Опять совершаешь ту же ошибку? – пожурил он ее. – Предлагаешь оружие Богу Смерти?

– Низвергнутому богу.

– Да, спасибо за напоминание.

– Пожалуйста.

Сжав зубы, он повторил:

– Оставь его себе!

– Мне он не нужен, впрочем, как и ты! – Это была неправда, но она не отдавала себе в этом отчета, пока не произнесла это вслух. И тут же, спохватившись, захотела взять эти жестокие слова обратно. Она ненавидела себя за то, что сказала их, и за то, что ей до сих пор хотелось быть рядом с ним. Она так казнила себя, что у нее перехватило дыхание, и, отведя глаза в сторону, девушка произнесла:

– Я же сказала, что никогда не прощу тебя после всего, что ты сделал. Я говорила совершенно серьезно!

– Мне не нужно твое прощение! – сказал он и немного погодя добавил: – Я же знаю, что не достоин его!

Кас отвернулась и пошла прочь.

– Хотя, с другой стороны, я был бы рад, если бы ты позволила мне объяснить тебе кое-какие вещи! – крикнул он ей вслед. – К примеру, про твоих родителей.

Незаметно для себя Кас замедлила шаг и повернула к нему голову, но затем, спохватившись, пошла дальше. Это показало ему, что она не может не обращать внимания на его слова, поэтому он продолжил свой рассказ:

– Твоя мама несколько раз пыталась тебя убить, пока я не расправился с ней.

На этот раз Кас остановилась как вкопанная.

– Опять ты лжешь!

– Я не лгу. Она была плохой королевой, жаждущей крови, и ты с самого начала была ей не нужна. Родившись неотмеченной, судя по всему, ты начала проявлять магические способности еще в детском возрасте. В связи с этим она боялась тебя, решив, что боги послали ей такую дочь в наказание за то, как они расправились с отмеченными в Кетре. Королева мечтала избавиться от тебя, и об этом знал весь королевский двор.

Кас не могла сдвинуться с места, даже когда он вновь догнал ее.

– И тогда твой отец избавился от тебя. Известно, что он бил тебя за малейшие провинности и наверняка убил бы, если бы мог. Но что-то защищало тебя от него – видимо, то же, что сейчас защищает вас с братом от меня, поэтому он просто отправил тебя в приют на севере. Там с тобой делали невесть что, пробуя подавить твою магию.

Кас покрепче обняла себя плечи – эта непроизвольная реакция срабатывала каждый раз, когда ей напоминали про приют. У нее не было четких воспоминаний об этом месте, лишь чувство холода, которое она старалась убрать таким образом, а также смутные воспоминания о той ночи, когда она решилась сбежать куда глаза глядят и долго блуждала в темноте. Лорд и Леди Тессур нашли ее и вскоре забрали жить к себе. А все решили, что она умерла.

В каком-то смысле так оно и было.

Она умерла и родилась заново, как дочь четы Тессур, а когда ее приемные родители умерли, она смогла покинуть пепелище, оставшееся от их дома. Кас превратила выживание в вид искусства, постоянно меняясь и подавляя в себе горькие воспоминания, которые могли мешать ей идти дальше.

Разумеется, теперь она понимала, какую цену пришлось заплатить за это. История, рассказанная Эландером про ее настоящих родителей, могла быть как правдой, так и вымыслом – она никак не могла это проверить.

– В любом случае, – продолжал он, – я спас тебя от многолетних мучений в руках Анрика де Соласена, который был самым настоящим тираном.

– Ах, прости, что не отправила тебе официальное благодарственное письмо и не радуюсь тому, что ты убил его.

– Я всего лишь выполнял приказ! – напомнил он ей. – Разумеется, я жалею о некоторых вещах, которые сделал за время своего существования, но убийство этой жалкой пародии на короля и отца, не из их числа.

– Ты что, совсем не знаешь, что хорошо, а что плохо?

– А ты? Всегда это знаешь? В любых ситуациях?

Она открыла было рот, чтобы ответить, но во второй раз во время этой встречи не нашлась что сказать.