Его губы стремительно коснулись её, требовательно и нежно одновременно. Клара даже удивилась этой осторожности — она думала, что кардинал будет действовать резко и решительно, стремясь сразу получить всё, что он хочет. Однако мужчина довольно ласково обходился с поцелуями, не давая девушке возможности усомниться в его намерениях и в то же время не испытать к нему ярко выраженной ненависти. Он действовал осторожно, пробуя то верхнюю, то нижнюю её губу, словно постепенно наслаждался вкусом. Ришелье пробовал её, смаковал полученные ощущения, совершенно не торопясь приступать к следующей части. А Клара просто утонула в своих впечатлениях. Она и не догадывалась, что поцелуй с кардиналом будет настолько приятным.
Как назло, вдалеке скрипнула дверь, и в комнате послышались шаги. Девушка немедленно открыла глаза и поспешила отстраниться. Ришелье сделал тоже самое. Мужчина немедленно обернулся, загородив собой свою гостью, и самым разозлённым взглядом из всех, что были в его арсенале, посмотрел на нежданного визитёра.
— В чём дело? — прошипел кардинал, узнав в несчастном, посмевшем отвлечь его от очень важного занятия, своего слугу.
— Срочное письмо от Короля, монсеньор, — вежливо ответил тот, немного смутившись.
Он протянул Ришелье бумагу, запечатанную сургучом, и, быстро откланявшись, поспешил удалиться. Кардинал быстро и раздражённо прочитал послание. Стиснув зубы от нарастающего гнева, мужчина безжалостно скомкал бумагу.
— Мне нужно написать ответ, — отрывисто сказал он, даже не посмотрев в сторону Клары. — Жду вас в своих покоях через полчаса, миледи.
С этими словами он оставил девушку в столовой в полном одиночестве наедине с её недоумением.
========== 3. Ночь в Пале-Кардиналь ==========
Ришелье сидел за своим письменным столом и третий раз перечитывал полученное письмо. Король просил его немедленно прибыть в Лувр по очень срочному делу. По какому именно Людовик не уточнял. Это и настораживало. Кардинал проверил всё: почерк, подпись и печать были поставлены рукой Короля. Всё было безукоризненно верно. Но что-то внутри подсказывало Ришелье, что здесь был какой-то подвох. Зачем Его Величество захотел вызвать его так поздно? Такой поступок был совершенно не в стиле молодого монарха. О делах срочных и требующих его немедленного вмешательства, кардинал узнал бы ещё до того, как Король вывел бы первый вензель на бумаге. Это был крайне тревожный знак.
— Вы же понимаете, что это ловушка? — из тени комнаты медленно вышла Миледи, коварно улыбаясь.
— Хотите сказать, вы что-то знаете об этом? — вскинул брови Ришелье, откинувшись на спинку стула.
— Совсем немного, — пожала плечами женщина. — Но достаточно для того, чтобы убедить вас не делать этого.
— Извольте объяснить, — хмыкнул кардинал, откладывая перо.
Миледи прошлась через всю комнату, выдерживая томительную паузу. Ей не требовалось тянуть время, чтобы подобрать правильные слова. Она просто наслаждалась раскалённым напряжением Ришелье, которое он, конечно же, внешне не показывал, но его ладони наверняка потели, а под плотным воротником появилась небольшая испарина. Он периодически привычным жестом облизывал губы, что не могло не приводить в восторг. Миледи довольно прищурилась.
— Его Величество, действительно, написал вам это письмо, — рассматривая свои ногти начала Миледи. — И он, скорее всего, действительно, ждёт вас. Но письмо было перехвачено. Кое-кто знает, что вы должны немедленно отправиться в Лувр. А ночью в Париже весьма опасно знаете ли.
— На что вы намекаете? — произнёс кардинал. Слова Миледи принесли ему и облегчение, и лишний повод для раздумий.
— Всё предельно просто, монсеньор, — улыбнулась она и вернулась к его рабочему столу. Выражение её лица резко изменилось на предельно серьёзное и сосредоточенное. — Вас хотят убить. И поверьте, если вы сейчас выйдете из Пале-Кардиналь, пяти минут не пройдёт, как в вашей груди будет дыра от шпаги или от пули, пущенной в цель. Так что для вас же лучше оставить всё, объясниться с Королём завтра, а сейчас отправиться в ваши покои к обворожительной леди Клэр.
Ришелье удивлённо вскинул брови и немного улыбнулся. При всех достоинствах такой удивительной женщины, как Мистресс, её не обошла болезнь, поражающая всех дам на земле. Колючая ревность и зависть пробралась и в её душу.
— Леди Клэр, — задумчиво-сладко потянул кардинал, желая увидеть, как изменится в лице Миледи при этих словах. — Она прекрасная девушка. Красива, умна, а главное знает себе цену. Гордая и непокорная. Восхитительная женщина.
Ришелье с огромным удовольствием наблюдал, как черты лица Мистресс становятся более острыми и хищными, взгляд ожесточается, а зубы стиснутые до скрежета, готовы были измельчится в песок от досады. О, она поистине ненавидела Клару Освальд. Будь девушка в эту минуту здесь, Миледи непременно расцарапала бы ей лицо и перегрызла глотку.
— Так вы не знаете, кто так жаждет моей смерти? — Ришелье решил сменить тему, когда ему надоела затянувшаяся напряжённость.
