— Я звал их! Просил Рафаэля оказать мне посильную помощь! И что я получил в ответ? «Разбирайся сам»! Но теперь все сделано как ты и хотел, ведь так? Амулет надежно потерян и в Аду, зато у тебя наконец есть я! Ты доволен? Наслаждайся своей победой!
Билл внимательно рассматривал родственника. Он знал, что взбесит Давида этим своим монологом до чертиков, так оно и оказалось. В Зале стояла гробовая тишина. Никто не говорил ни слова, да и что тут скажешь — Апостолы молча переводили растерянные взгляды друг на друга, на худенькую, но твердую и прямую фигуру темноволосого младшего Ангела, сидящего в кресле прямо, как статуя, а затем снова на Давида.
— Носитель Амулета действительно стал твоей задачей. Ты его Хранитель, — с трудом ответил Златокрылый.
— Разумеется. Ты ведь всегда мне доверял! Знаешь, что я думаю, дядя? Это просто твоя ошибка. Ты настолько не любишь меня, так захотел меня проучить, что гордость и твоя обида на меня были куда сильнее здравого смысла. Ну вот, посмотри, что ты наделал! В итоге, ты — тот, кто остался в дураках! Ты хотел наказать меня? Хотел, чтобы я все это время был один? Но в том числе из-за этого и из-за твоего недосмотра мы упустили Амулет!
На последней ноте Билл выкрикнул слова на весь Зал и слегка поднялся со своего стула. Диалог рисковал перерасти в перепалку, но внезапно в него вступил один из Апостолов, тот, что доселе молча наблюдал со стороны.
— Билл, — заинтересованно произнес он. — Погоди минуту, нам не нужно разводить конфликт. Нам надо разобраться. То, что ты делал все эти годы на территории Дворца, то, как ты относился к своим обязанностям и то, что ты общался с Демонами на нашей территории — это все тяжкие преступления, и ты несомненно понесешь за него наказание. Но мы проанализировали всю эту ситуацию незадолго до твоего прихода, — Петр кинул уничтожающий взгляд на Давида, который тут же отвернулся к окну. — Сейчас у нас есть более важная проблема, и, похоже, ты один из всех нас ближе всего с ней знаком. Пожалуйста, забыв на секунду все наши разногласия, расскажи нам... Ты знаешь, что делать теперь?
В удивлении, Юный Хранитель поднял глаза. Тон этой беседы был удивителен ему. По правде, он думал, что его приведут и тут же начнут обвинять во всех смертных грехах. И все же, в напряженной манере поведения Апостолов скользило непонимание, незнание того, что делать дальше, и тон Петра звучал скорее миролюбиво. Он чуть ли не извинялся, стараясь сгладить все углы, которые несомненно возникли бы сейчас, потому что на взводе находились абсолютно все в этом зале. Они были готовы к тому, чтобы слушать младшего Ангела. Похоже, настал именно тот случай, когда стоило временно прекратить негласную войну и перейти к решительным действиям.
Билл тяжко вздохнул, набрал в грудь воздуха и рассказал от начала до конца все, что произошло с ним на земле, естественно, уделив внимание особенно существенным деталям. Он не утаил от Совета ничего, кроме своего отношения к Тому. Давид уничтожено сползал по своему креслу, выслушивая все это. Он понимал, что после таких слов, пусть даже сказанных племянником, ему можно точно попрощаться со своей любимейшей карьерой. Апостолы слушали младшего Ангела — неслыханный, вопиющий факт, дикий и едва ли не единичный за всю историю собраний и Рая в целом. Они готовы были слушать младшего Ангела, и при том этим Ангелом был Вильгельм. После всего того, что он натворил, после всех тех неприятностей, что он чинил, он стоял теперь тут, в центре зала, в разорванной одежде, залитой кровью, и с успехом доказывал всем свою правоту. Он изменился, и этого не могли не заметить все присутствующие. Этого не мог не заметить Давид, потому что теперь от его племянника исходило такое мощное свечение Хранителя, что оно практически ослепляло всех вокруг. Апостолы знали неписанное правило — став Защитником смертного, Ангел не сможет обманывать их. Он постарается сделать все, чтобы спасти его жизнь, и оттого знали, что Вильгельм говорил правду. Никто даже не думал сомневаться в его словах.
Вильгельм все говорил и говорил, и голос его неожиданно сорвался на том моменте, когда он рассказывал, как Демоны явились к ним в хижину. А затем он судорожно кашлянул и начал медленно оседать на пол.
— Сынок! — Симония хотела было броситься к нему, но Сакий опередил это действие, подхватив падающее тело в мощные объятия.
Вильгельм был усажен на стул.
— Он умирает. Без своего подопечного, — догадался Артемий, глядя на черноволосого Ангела. — Потому что подопечный у него всего один.
Апостолы зашептались. Все они были в шоке, взгляды их метались по залу, словно они искали в лицах друг друга ответ на вопрос: что делать теперь? Они все принимали какое-то очень важное решение. А затем они снова посмотрели на юного Ангела и задали ему последний вопрос:
— Вильгельм. Есть ли у тебя доказательство того, что Амулет действительно находится в руках Демонов?
