После атмосферы, царящей в Инферно, цветочный воздух Рая казался Ангелам самым сладким, самым прекрасным, и потому они с удовольствием вдыхали, пропуская его через себя, и наслаждаясь возвращением домой.
Чуть поодаль от всей группы летел Билл. Он крепко и бережно сжимал в руках свою ценную ношу, поглядывая на его запястье. Цепочка свешивалась с руки Тома, сверкая на солнце. Теперь осталось только решить эту проблему, хоть это и была самая последняя и не самая простая часть всей этой истории, но когда человек находился рядом, ближе, чем можно представить, Билл не мог думать ни о чем жутком. Он просто умирал от счастья и облегчения, а все проблемы казались ему далекими и несущественными.
Счастье наполняло каждый уголок его Ангельской души. Как растение, до этого умирающее без влаги, юный Хранитель оживал, его клетки словно наполнялись кислородом, необходимым для жизни. Все кусочки паззла встали на место, и после всего у Вильгельма осталось лишь одно желание: больше он никогда бы не хотел ощутить это снова — каково это, найти самое ценное в жизни и затем потерять. Следующий подобный эксперимент с его нервной системой мог кончиться очень плачевно.
Том успокоился в его руках, он прекратил метаться и абсолютно затих. Даже без сознания он понимал, что те руки, которые несут его, больше не причинят ему боли, наоборот, они вырвали его из темноты и мрака и вознесли прямо к свету. Объятия Ангела, в которые он нырнул, как в спасительный туман, подарили ему умиротворение. Сейчас в его сознании стояла абсолютная ясность и струился свет, а в голове билась одна-единственная мысль: Билл. Том знал, что если произносить это имя тысячи раз, то Ангел придет за ним, хоть мертвый, хоть живой, но прилетит. Не важно, пройдет ли много лет или час, это свершится. Том послушно звал, бормоча, как заклятие это имя, призывая к себе светлый дух свободы и легкости.
— Билл… Билл…
Он звал и звал, пока вдруг кто-то неожиданно не включил свет. Яркий, как солнце, он вторгся в его сознание, и тогда голос, хриплый и приятный, возник прямо в правом ухе:
— Я тут, Том. Я с тобой. Все в порядке.
То ли бред, то ли явь, но Том прекратил метаться и прислушался к ощущениям. Его тело словно плыло мягко, как перышко, ведомое порывом теплого ветерка. Он вдохнул воздух, который почему-то пах соленым бризом, будто с моря, немного медом и… цветами. Почему цветами?
Том резко открыл глаза.
Яркий свет ударил по зрачкам, и от этого пришлось снова зажмуриться. Когда Том рискнул приоткрыть веки опять, медленно, сначала одно, потом второе, он увидел, что над головой его проносятся облака, в лицо падают черные пряди, щекоча его кожу, нос, уши… Том сдул эти волосы со своего лица.
Билл ощутил дуновение и глянул вниз. Его глаза моментально встретились с другими глазами, ничего не понимающими, только что вынырнувшими из мрака. Том смотрел на Ангела так, словно впервые видел его. Юный Хранитель улыбнулся, глядя на это сонное существо, такое теплое и близкое. Живое.
Существо еле разлепило губы и заговорило, прочищая осипшее горло.
— Привет, Билл.
— И тебе привет, — с усмешкой повторил Ангел. Том не выглядел так, словно понимал, что происходит. Пребывание в Аду немного покривило его восприятие, но Вильгельм надеялся, что это пройдет.
Том удивился. Сновидение отвечало ему.
— Мне снился такой чудный сон.
— О чем? — Билл постарался слегка замедлить скорость полета, чтобы не трясти их вдвоем слишком сильно.
— Будто ты прилетел и спас меня.
Ангел засмеялся.
— Балбес, это не был сон, мы сейчас летим с тобой в безопасное место. Я с тобой.
— Как хорошо. Как бы я хотел, чтобы это оказалось правдой.
— Но это и есть правда.
Том нахмурился. Кажется, он начал понимать, что сон не являлся таким уж сном. Или являлся? Он закрутился и посмотрел вниз. Под ними с ужасающей скоростью проносилась зеленая, солнечная поверхность, они летели над ней, рассекая лучи. Том занервничал.
Осторожно, чтобы его не до конца все понимающий человек не начал вырываться, Билл погладил его по спине.
— Только не дергайся, я отпущу тебя, как приземлимся, — прямо в полете Билл коснулся своими губами губ Тома. Он уже не смог отказывать себе в этом соблазне и дальше.
На этом моменте у парня медленно начали расширяться зрачки. Осознание ударило его по мозгам с такой силой, что он чуть не задохнулся, хватанув слишком много сладкого воздуха.
— Билл… БИЛЛ!
Впереди замаячили шпили дворца, и Ангел взмолился, чтобы Том не барахтался в его руках. Они оба рисковали потерять равновесие и свалиться прямо в небольшое голубое озеро, над которым как раз пролетали. Билл изо всех сил заработал крыльями. Он уже понял, что не стоило окончательно будить мальчишку. Это оказалось ошибкой.
