— Я надеялся, что вернусь к тебе быстрее, чем ты заметишь... Я не думал, что Амулет накроет меня так быстро.
Ангел забрался Тому под толстовку, вызвав у него очередной приступ температуры.
— Уж точно, я не заметил, — неразборчиво пробормотал он, стискивая кожу мальчишки.
— Прости… — поцелуй, который длился с минуту, прежде, чем Том нашел в себе силы его прервать. — Прости, меня, — он захватил губами нижнюю губу Билла. Очередная порция исследований языком внутренней стороны щеки брюнета. — Ты сердишься на меня?
— Очень... — едва слышно прошептал Ангел, уже не особо припоминая, сердился ли он на самом деле.
— Билли... — Том крепко обнял его, меняясь с ним местами. Они шумно возились, и дышали, и это продолжалось долго, так долго, что показалось вечностью. Лишь на одну секунду Том приоткрыл глаза и вдруг заметил, что вокруг них уже скопилась толпа зевак. Это немного сбило его настрой начать стаскивать с Билла рубашку прямо здесь же, на газоне.
— Погоди, стой, ненормальный. На нас... Все смотрят... Билл, если ты не прекратишь меня целовать так, это закончится плохо, ты меня знаешь, я не сдержан! — Том положил ладонь ему на грудь, пытаясь остановить разгоряченного Ангела.
— Я знаю... Но в это теле, ты не забывай. Я... немного не такой, ты помнишь об этом?
Том остановился. Он помнил. Кажется. А еще он испытал приливы стыда, осознав, что они с Вильгельмом оказались в Раю, и все здешние обитатели теперь таращились на них.
Давид, который все это время нарезал круги у Дворца, смотрел на это так, будто кто-то прямо при нем свернул шею детенышу единорога, однако Рафаэль и все воины, те, что приземлялись вокруг, не обратили на Вильгельма и его смертного никакого внимания.
Светлый Страж опустил Дарию прямо перед Верховным Апостолом. Когда Давид увидел ее кожистые, явно не ангельские крылья, его Превосходительство сделало то, что пора было сделать уже давно во всем этом безумном угаре: он закатил глаза и без сознания повалился на траву, взбрыкнув при этом в воздухе золотистыми сандалиями.
Симония, стоявшая неподалеку, тоже закатила глаза, но по другой причине. Неврозы братца мало волновали ее. Поверх голов она посмотрела туда, где ее сын — живой и здоровый все еще лежал на лужайке и казался теперь таким счастливым, словно в Раю вдруг засветилось второе солнце.
Это было настоящее, безудержное счастье. Если бы все эти любопытные глаза не смотрели на них, Билл готов был поклясться, он схватил бы Тома и сбежал с ним прочь, подальше от Дворца, однако, к ним, отсоединившись от кучки Ангелов, уже приближалась Стража во главе с Сакием. Они браво шагали вперед, с явным намерением взять обоих нарушителей спокойствия под руки и отвести в кабинет Давида для дальнейших разборок. Билл искоса следил за ними взглядом.
— Как же они меня бесят... — он ткнулся лбом в плечо Тома. — Вот прямо сейчас не хочу их видеть больше, чем когда-либо.
Он нехотя поднялся на ноги и протянул руку парню с дредами. Том вырос напротив него, оглядывая шикарного Ангела сверху вниз. Билл приятно поежился от его взгляда. Том провел рукой по его щеке, по его черным волосам, убирая их с лица. Вдруг он заметил то, что не замечал в Билле раньше.
— Эй.... У тебя есть белые пряди?
Пока они находились в Аду, где царил сплошной полумрак, Том попросту их не разглядел. То, что он поначалу принял за блики солнца действительно оказалось серебристыми, как лунь, прядями, выделяющимися среди общей массы черных волос. Они просвечивали в рваной черной челке, справа и слева, неравномерно распределенные, как будто...
— Билл, это что, седина? — наконец понял Том, немного оттянув один локон двумя пальцами и показав его Ангелу. — У тебя седина!
Юный Хранитель спокойно смотрел на него.
— Ничего страшного. Все это ерунда. Главное, что мы вместе теперь.
Том болезненно поморщился. Это была его и только его гребанная вина, но они расплачивались за нее оба.
— Прости меня, Билл. Я правда виноват, что вышел из дома, — он все так же рылся пальцами в белых волосах, скользя горьким взглядом по красивому лбу, на который спадали светлые кончики. Напоминание о том, как это страшно — терять тех, кого ты любишь.
— Виноват, — Билл все так же улыбался. — Но сейчас я не могу злиться на тебя. У нас и так хватает проблем, которые нужно решать, — он коснулся губами щеки Тома и у парня защемило сердце. — А сейчас... Не отпускай мою руку, хорошо?
Том и не собирался, ни сейчас, ни потом. Он вложил свои пальцы в ладонь Билла, и они вместе, переглянувшись друг с другом, посмотрели в сторону приближающейся к ним охраны. Билл, как и всегда, выдвинулся вперед так, чтобы Том остался позади него. Он заслонил человека своими крыльями.
— Вильгельм, вам обоим нужно пройти с нами, — твердым, не терпящим возражений тоном, потребовал Сакий.
Том высунулся из-за своего Хранителя, изучая Дворцовых Стражников. Выглядели те так же, как и Билл, только разве что крылья у них были серенькие.
