И пока Никита вызывал по селектору гидрометеостанцию, чтобы точно выяснить наконец, где Елена, Гатилин совсем неожиданно для себя стал рассказывать (фронтовиков-то мало, мало кто помнит!), как в сорок четвертом году Баграмян скрытно от немцев подготовил и провел удачный маневр: чуть ли не весь фронт, Первый Прибалтийский, он повернул за несколько суток с Рижского направления на Шауляй и повел в наступление.
— Редкая операция, — вздохнул Гатилин, — красивая… И вот ведь как совпало! У нас двадцать третьего, а у них двадцать четвертого началось. Как раз в этот день Ставка поставила перед фронтом задачу перегруппировки войск…
— Виктор Сергеевич, — перестав играть спичечным коробком и не глядя на Гатилина; натянутым голосом спросил Алимушкин и этим невольно выразил недовольство гатилинским намеком, — а нам с какой стати менять направление? Оно верное — на Аниву!..
— Конечно, на Аниву! — согласился Гатилин и пожал плечами. К чему тут придирки. Но вообще — едва не пересолил с шуткой. — Баграмянская хватка и нам не помешает. — Он обвел взглядом штаб. — Четкое планирование, оперативность, требовательность и дисциплина!.. — Говоря, он соответственно каждому условию загибал палец, и вот уже пятерня сложилась в кулак и он потряс им. — Это и есть талант, подходящий для таких операций… — И усмехнулся в расчете на ответную улыбку членов штаба.
Они поняли эту легкую, с полунамеками пикировку Гатилина и Алимушкина. Оживился и Юрий Борисович, подумавший сразу, что Гатилин не прост и Варвара Тимофеевна слов на ветер не бросает. И прекрасно! Только бы дошли молитвы ее до кого следует… Для начала все складывается пока неплохо. Завалило шугой, с корнем, говорят, выворотило водомерную рейку — это, положим, случайность, но случайность, достойная закономерности. У Гатилина бы не выворотило, сам вбил бы! У него бы и Бородулин на зигзаги свои не осмелился… А главное, что отсутствию Елены Ильиничны тоже должна иметься хор-р-рошая причина!.. И, опасаясь прежде времени выдать свою радость, Юрий Борисович уже не сомневался, что стрела, пущенная через Шурочку, попала в цель. И если, положим, колебалась еще Елена, то газета свое доделает… Юрий Борисович приподнял голову, чтобы не пропустить разговора Басова с Еленой по селектору, но тут оглянулась Даша, он встретился с ней глазами и понял, что оба они стерегут друг друга.
С гидрометеостанции на вызов штаба ответила сама Елена.
— Почему вы не явились на заседание штаба? — спросил Басов.
— Я не могла… — сказала она и почти слово в слово повторила Гатилина. Потом добавила: — Режим неустойчив, приходится вести постоянное наблюдение…
Басов неодобрительно помолчал, заметив, видимо, как посмотрел на него при этих словах Гатилин: он же говорил, что он прав!.. Попросил Елену:
— Доложите обстановку на девять!
— Температура воздуха минус пять, воды — минус одна и четыре… Расход воды семьсот пятьдесят кубометров в секунду…
— В последние часы спад продолжается или прекратился?
— Почти, — бесстрастно отозвалась Елена, — шуга!
— Ваш прогноз?
Что она могла ответить? Не от нее же, в самом деле, зависит этот проклятый расход воды, он-то знает! Но тишина в штабе — через микрофон Елена слышала сдержанное дыхание людей — обязывала отвечать.
— Мы почти не вынимаем вертушку из воды… — со вздохом сказала она.
В ее голосе послышался Никите укор. Женщины!.. Она же виновата, и она злится, — наверняка скажет потом, что он играл на ее нервах. Но все-таки злится, переживает — это лучше, чем вообще не разговаривать. И голосом уже не таким строгим, как прежде, Никита сказал:
— Продолжай, Елена, мы тебя слушаем…
— Причин замедленного спада несколько… Шуга, дожди в верховьях, мокрый снег… Но не исключен выход подпочвенных вод в русло Анивы. И если так…
Она запнулась, не договорив и без того понятное каждому. Если расход воды не понизится, вполне возможно, что они так и не начнут в этом году перекрытие. Правда, пока это базировалось на предположениях Елены, фактом оставалось лишь то, что с появлением шуги уровень воды в Аниве падал катастрофически медленно.
— Кроме замеров, — снова заговорила Елена, — мы проводим сейчас сравнительный анализ данных на шугу. Может быть, ничего страшного…
— Хорошо, — согласился Никита и пошутил: — Только вы уж там не спите!
— А я… — Елена немного помолчала и закончила каким-то усталым, совершенно разбитым голосом: — Я не спала, Никита… Леонтьевич…
