– А зачем мне? Это же для себя всё. Ладно, выложу я. Если повезет, кто-нибудь увидит. Одним понравится, другим нет. Ты же понимаешь, будут комментировать по-всякому. Оно мне надо?
– А ты под чужим именем, возьми псевдоним.
– Да нет, я не могу, вдруг все равно кто-то узнает, что это я?
– А знаешь, у мамы есть знакомый поэт, редактор журнала, хочешь, я договорюсь, познакомлю, можно ему показать! Он тебе что-нибудь посоветует!
– Всё можно, только мне не нужно, – ответила Валя и перевела разговор на другое.
Ася ехала домой в троллейбусе, стоя на задней площадке, и, прижатая к стеклу, думала о Вале. Какая она? С одной стороны, такой замкнутый, замурованный, зацементированный в себе человек. Со стихами внутри! С другой стороны, она доверилась Асе и так тянется к ней, что даже неловко: чтобы подольше поговорить, провожает ее домой, хотя сама живет на три остановки дальше, ждет ее после физры, от которой у самой освобождение. Ася стала от нее уставать. Особенно когда она хотела обедать в столовой с Саней и Соней или с кем-то еще, а Валя сидела за соседним столом с таким видом, будто Ася ее ударила. Ася раздражалась и старалась на нее не смотреть.
А если бы в день с химической атакой дезодорантами Ася не болела? Если бы она знала о том, что затевается, – что тогда? Она бы тоже принесла дезодорант и направила его на живого человека? Или наотрез отказалась бы участвовать? Или предупредила Валю, или рассказала маме или Анне Михайловне? Или все-таки поддержала бы класс? Ася не знала, и ей страшно было не знать. Во-первых, она еще никогда в жизни не шла против всех. А во-вторых, когда кипеж только начинается, всегда кажется, что это будет весело. Потом стыдно и противно. А вначале-то весело. И раньше сама она за спиной у Вали вместе с остальными смеялась над ней, острила.
Еще она вспомнила, как Анна Михайловна несколько дней назад подошла к ним, отвела Асю к окну и, глазами показав на Валю, сказала:
– Ты молодец, Ася.
– Я? – От неожиданности Ася заморгала, совсем как Валя у доски.
– Я всегда знала, что ты молодец, но ты меня еще больше удивила, – сказала Анна Михайловна и пошла по коридору.
На самом деле Ася не была молодцом. И хотя ей было интересно болтать с Валей и хотелось ей помочь, она по-прежнему очень скучала по Яне. Еще ей ужасно не хватало себя. Возможности, ни перед кем не оправдываясь, гулять одной, чтобы никто не шел рядом, или домой прийти раньше родителей и лежать смотреть кино спокойно. Иногда даже кричать хотелось, так не хватало времени, когда можно быть одной. Странно, что Валя не понимала и обижалась. То ли наелась одиночеством, то ли что другое.
После уроков Ася сказала:
– Я сегодня хочу одна гулять.
Она любила после школы сделать круг по центру, одна, с музыкой в ушах, ни с кем не разговаривая и нигде не останавливаясь.
Валя сглотнула:
– А давай я с тобой пойду, я тебе мешать не буду, я молчать буду.
Ася едва не закричала на нее. Как можно быть такой непонятливой?
– Завтра, – сказала она. – Сегодня я одна.
И потом, когда она поворачивала от набережной к памятнику воинам, Асе показалось, что вдалеке идет Валя. Не могла же она в самом деле пойти за ней? Ася отошла за угол и подождала, когда человек, похожий на Валю, пройдет мимо. Это оказалась не Валя, а похожая на нее бабушка, но, пока Ася ждала, она злилась на Валю так, что эта злость долго не могла выветриться из нее. Надо же было все испортить! Вот что за человек? И что теперь с ней делать?
Она все-таки набрала на ноутбуке два Валиных стихотворения, которые запомнила наизусть, и попросила маму показать знакомому поэту. Тот посмотрел и просил передать, что задатки есть, но надо много читать хороших стихов, а лучше всего – заниматься в литературной студии. Ася хотела рассказать Вале про студию, а потом забыла. Может, и хорошо, потому что вряд ли Валя решилась бы туда пойти.
А в конце мая Яна пришла в школу писать годовую контрольную по математике вместе со всеми. Она села на свое обычное место – рядом с Асей. Села, как будто ничего не произошло. Та – прежняя – Яна умела быть невозмутимой, даже когда ей было страшно и обидно. А о новой Ася еще ничего не знала.
Ася вбежала перед самым звонком, увидела ее, и у нее сразу же резко заболел живот. Яна даже не кивнула в ответ. Ася глубоко вдохнула, подошла и демонстративно села на свое место. Еще чего не хватало, пересаживаться. Оглядела класс в поисках Вали – та сидела на старом месте, на задней парте в самом углу, и смотрела в окно. Ася отправила ей СМС: «Все хорошо?», но Валя ей не ответила.
Ася не волновалась перед контрольной. Вчера она прорешала оба варианта с Инной, которая откуда-то достала нужные задания, поэтому сдала работу намного раньше срока и ушла в столовую. Валя ничего не решала и по-прежнему смотрела в окно. Яна, опустив голову, что-то быстро строчила в черновике.
Когда Ася, копошась в телефоне, допивала в столовой сладкий холодный чай, Яна села напротив. В руке у нее был такой же стакан чая.