— Мне — мало, — с горечью ответил он. — И, полагаю, Валтору тожу. Мы хотим видеть вас счастливыми и почитаемыми. И добьемся этого! Просто нужно время. Нужно, чтобы все, кто строил на нас брачные планы, смирились с их крушением. Нужно, чтобы дайрийцы научились видеть в Эларе союзника, а не извечного врага. И когда все привыкнут к королеве-эларке, тогда и ее первая фрейлина и соотечественница ни у кого не вызовет удивления и тем более неприязни. Да и как может быть иначе, если ты будешь пользоваться расположением короля и королевы?
Элвир, похоже, сам верил в то, что говорил или очень хотел верить. Глупо спорить и дальше. Его слова не убедили Альву, но она не хотела возражать. Да и как она смеет? Если бы Элвир Торн не явился за ней, чтобы забрать в Дайрию, она бы валялась на камнях во дворе собственного замка, скорее всего, даже не похороненная. Все эти косые взгляды придворных дам — ничтожная плата за возможность жить рядом с любимым мужчиной, да и просто жить. С чего ей пришла в голову дурацкая мысль жалеть себя? Да о подобной судьбе мечтает любая девушка! Когда-то сестра ее отца — Тийла вышла замуж за столичного дворянина и уехала в Вельтану. Так ее считали истинной счастливицей и самой удачливой из рода Свеллов за многие годы. А Альва будет служить королеве, не говоря уже о том, что она станет женой первого маршала.
— Простите, — Альва коснулась его руки, с силой сжимавшей балконные перила. — На самом деле я вполне довольна. А до тех, кто бросает на меня уничижительные взгляды, мне просто нет дела. Пусть злятся и завидуют. У меня есть ваша любовь, привязанность эньи Лотэссы, которую я не знаю, чем заслужила, и расположение короля. Поверьте, я счастлива.
— Знаю, что ты врешь, чтобы утешить меня. Остается лишь надеяться, что когда-нибудь эта ложь станет правдой, — он накрыл ее руку своей.
— Не вру. Мне, правда, хорошо. Посмотрите, как вокруг красиво! Еще день-два и эта желтоватая дымка сменится молодой листвой, а потом зацветут деревья. Какой, должно быть, прекрасный вид будет отсюда открываться.
— Только ты вряд ли сможешь им любоваться, — усмехнулся Элвир.
— Это еще почему? — насторожилась она.
— Потому что через пару недель ты покинешь эти комнаты и переедешь в мои покои, глупенькая, — он рассмеялся. — Не забыла, что скоро наша свадьба?
— Забудешь тут, — поддразнила она жениха, — когда почти каждый день таскают к главной швее на примерку платья. Уверена, если бы наша свадьба не совпадала с королевской, никому и дела не было бы до моего наряда.
— Ты права, милая. Если честно, я бы тоже хотел, чтобы в этот день мы принадлежали только друг другу, а не находились в центре внимания всего двора и многочисленных гостей вместе с монаршей четой. Но Валтор был непреклонен в своем решении сыграть две свадьбы одновременно. Я не мог ему отказать, даже спорить не стал.
— Я знаю. На самом деле я ничего не имею против того, чтобы обвенчаться в один день с Лотэссой, хотя пристальный назойливый интерес к моей скромной персоне несомненно будет меня смущать, как и чрезмерное усердие в приготовлениях. Но это ничего. А вот с комнатами расставаться немного жаль, они такие светлые и просторные.
— Разве тебе не нравилось у меня? — спросил Элвир. — Смею надеяться, мои комнаты не хуже этих. Кроме того, ты всегда сможешь вернуться сюда, навещая брата. Так что не переживай, любимая, этот балкон по-прежнему будет в твоем распоряжении.
— Не будет, — раздался голос у них за спиной.
В дверях стоял Олан. Солнце безжалостно подчеркивало каждую веснушку на его лице, а соломенные волосы, рассыпанные по плечам, казались ярко желтыми. Должно быть, она сейчас выглядит примерно так же.
— Альва, уж прости, но после свадьбы ты не сможешь пользоваться этими комнатами, если только эн Торн не сохранит их за тобой. Вряд ли это будет сложно, учитывая ваше положение.
— Я не понимаю, — неясная тревога сжала сердце.
— А что тут понимать? — Олан пожал плечами. — Я уеду. Вернусь в Элар. Эн Торн обещал сегодня вечером представить нас королю. Я напрошусь поехать с ними, чтобы вернуться. Совершить такое путешествие в одиночку непросто, но я бы решился, не предоставься такой шанс. Не думаю, что мне откажут… особенно, если энья Лотэсса замолвит за меня словечко, — он покраснел до корней волос.
— Но, Олан, как же так? — она совсем растерялась. — Ты ни разу не говорил, что хочешь вернуться.
— А разве трудно догадаться? — он скривил губы. — Что мне здесь делать, сестра? Я же не выхожу замуж за первого маршала и не прислуживаю будущей королеве.
— Ты будто обвиняешь меня в этом! — вскинулась Альва, ощущая, как напряглась рука Элвира, все еще лежащая на ее ладони.
— Вовсе нет, — брат замотал головой. — Просто хочу сказать, что в Дайрии мне не место. Я здесь не нужен никому, и меньше всех — самому себе.
