Печать сопротивлялась: потоку колдовской силы препятствовала телесная и нервная зажатость. Когда пальца коснулся язык пленника, он вовсе прервался, но Чтец разозлился, а злость всегда помогала ему в колдовстве.
Закончив с клеймением, охотник вытер руку о край плаща и, закрыв книгу, пристегнул её на пояс. Дело было сделано, но пленник, не давая ему уйти, схватил Чтеца за ногу.
– Стой! Стой. – Он дышал тяжело, с нервной хрипотцой. – Ты же не оставил мне выбора.
Захотелось его пнуть, но охотник сдержался.
– Философский вопрос, не готов вести сейчас такие беседы.
– Но ты… Ты можешь меня подлечить хотя бы?
– Нет. Не пойми не так, это просто не входит в список моих умений.
– Но…
Резким рывком высвободив ногу, Чтец покинул комнату и, оставив дверь приоткрытой, поспешил убраться прочь. Перед тем как покинуть обитель торговцев кровью, он бегло прошёлся по комнатам, но не нашёл ни новых подсказок, ни человеческой еды, которую можно было бы передать пленнику. Вероятно, если такая и была, она хранилась в одном из холодильников, но заходить в ту комнату сейчас всё ещё было небезопасно.
Теперь оставалось надеяться, что с маленьким полноватым мужичком всё будет в порядке. Что его не убьют и отвезут куда нужно. Как бы мужичок ни проклинал охотника, Чтецу его жизнь была сейчас важна не меньше, чем самому пленнику.
На дрожащих ногах возвращаясь в «Порисульки», Макс несколько раз обещал себе, что больше никогда не ввяжется в подобное один. По крайней мере, после завтрашнего дня. Завтра он просто проверит, сработала ли наживка, а если не сработает, доберётся до Жулебино и прогуляется там. Скорее всего, там уже будут готовы к его прибытию, но это ничего. Тот, кто хорош в поисках, часто бывает так же хорош в прятках, и Чтец был в их числе. О да, поисковые печати давались ему так же хорошо, как плохо давались Мише.
Ещё одна загадка колдовства. До Разлома доступная людям магия была слишком слаба, чтобы заметить разницу, но после катастрофы стало очевидно, что она есть. Отдельные типы колдовства подчинялись одним людям и отказывались подчиняться другим. Свободно пользоваться поисковыми печатями могли немногие, целительскими – единицы. Растения, с которыми мастерски управлялся Миша, тоже поддавались не каждому, но почему для одинаковых по принципу применения печатей существовала какая-то разница, ответить никто не мог.
– Ничего так тебя потрепало, – не без удивления отметил Осьминог, пропуская шатающегося Чтеца на территорию «Порисулек». – Кто это тебя?
– Неосторожно надышался газом, – признался тот неохотно. – Всё нормально, просто устал и надо поспать.
– Ну спи, спи, – разрешил торговец.
Кажется, он хотел сказать что-то ещё, но сдержался. Макс был благодарен ему за это. Не хотелось объяснять, чем именно он сейчас занимается и почему решил делать это один, а потому, наскоро перекусив остатками ужина, Макс поднялся в выделенную им с Мишей комнату и, обнаружив, что его друга там нет, немедленно уснул.
А утром Чтеца разбудил двойной сигнал от клейма. Подскочив на месте, он немедленно схватился за книгу. Проверил наживку. Поспешил на первый этаж и, не найдя Осьминога, вломился прямиком к нему в спальню.
– С тобой вообще поспать невозможно, да? – сонно пробормотал торговец.
– У тебя есть карта Москвы? Помоги сориентироваться. Что такое Жулебино, где это?
– Район на юго-востоке, там сейчас не очень. А что?
Вытащив Осьминога из постели, Макс разложил карту на столе в гостиной.
– Так, юго-восток в той стороне, верно?
– Ага. Что случилось-то?
Случилась вечная проблема поисковых печатей такого рода: Чтец чувствовал, с какой стороны и как далеко находится его подопечный, печать вела его, как компас, но это никак не помогало отметить точное место на карте. Однако одно можно было сказать наверняка: вчерашний пленник подавал сигналы откуда-то с юго-востока, а значит, всё более или менее сходилось.
Никогда раньше Макс не отправился бы на подобную вылазку один, но это за последние дни он отмечал уже неоднократно. Ещё в начале пути ему поступил повторный двойной сигнал с того же направления, но чуть дальше, а потом ещё раз оттуда же, но тройной в этот раз. Вспомнив положение Жулебино на карте, Чтец плюнул, вернулся к «Порисулькам» и забрался в уродину, притворяющуюся машиной.
Ехать пришлось сильно петляя: дороги во многих местах были перекрыты обломками зданий. Макс в очередной раз вспомнил, за что всегда так не любил города, предпочитая работу в окрестностях обособленных поселений. Бросив машину за полтора километра до цели, он осторожно подобрался к зданию, откуда отзывалось клеймо. Проверил поисковые печати. Замечательно: внутри и вампиры, и колдуны, и большое количество отделённой от тел человеческой крови. Дороги около здания были расчищены, а из-под собранного из подручных материалов навеса торчала морда небольшого грузовика.
