Так автодом Бессмертного направился на северо-запад, следуя за маленьким и юрким внедорожником Александра.
– Как быстро всё решилось, – несколько удивлённо пробормотал Миша, уступая Максу место за рулём.
Макс понимающе кивнул. Без осторожного знакомства, периода взаимного недоверия, прощупывания почвы и поисков подвохов начало сотрудничества казалось каким-то ненастоящим, как будто всего лишь приснилось. Странное ощущение недостоверности устойчиво сохранялось, но просыпаться от этого сна Чтец не спешил. В конце концов так вышло потому, что он оказался знаком с Александром, а тот, появившийся в его жизни через столько лет, сам казался выходцем из сновидения.
Похоже, больше всех в автодоме беспокоился Миша, и то не за их общую безопасность, а за самочувствие Миры. Сидя за рулём, Макс слышал, как его друг спрашивает свою спутницу:
– Всё точно нормально?
– Да.
Чтецу показалось, что её голос прозвучал даже несколько оживлённо.
– Я верю Кролику, он не написал бы такое, если бы не верил в это сам. – Она немного помолчала и вдруг спросила: – Тебе не кажется, что это немного похоже на то, как было раньше, у деда? Мы все жили и работали вместе, и Кролик там был, и Осьминог заглядывал.
– Может быть, – неуверенно проговорил Бессмертный. – Надеюсь, ты не разочаруешься.
– Я не… – начала было возражать Мира, но осеклась. Разговор не продолжился.
Быть может, Мира хотела сказать, что не очарована, и Макс допускал, что эти слова могли бы быть правдой, но лишь до того момента, когда, несколько дней дороги спустя, они не выехали к особняку.
Поместье оказалось именно таким, каким в детстве представлял себе его Макс. За высоким забором с внушительным каменным основанием и крепкой решёткой, заканчивающейся острыми пиками, скрывалась просторная, аккуратно подстриженная лужайка, в стороне виднелось здание гаража с отдельным навесом рядом, под которым уже стоял чей-то транспорт. Мощёная дорожка уводила вглубь ухоженного сада, где вместо привычных цветов во всём своём разнообразии были представлены всевозможные хвойные растения. Они складывались в некоторое подобие лабиринта, где было сложно заблудиться, но очень легко найти укромное местечко для отдыха, где-то со скамейками, где-то со стульями и столиком. Сам особняк виднелся из-за сада, не перетягивая на себя внимания ровно до тех пор, пока, пройдя по извилистым садовым дорожкам, гости Александра не вышли к парадному крыльцу. Остановившись, Макс поднял голову, чтобы получше осмотреть это удивительное трёхэтажное строение, гармонично сочетающее в себе черты родового гнезда дворянина Российской империи и современной постройки, в разработке которой использовались все последние достижения инженерной мысли. Дом Александра, несомненно, поражал ещё до Разлома, сейчас же он казался и вовсе чудесным видением, миражом, невозможным тут, в этой реальности.
– Если пройти в ту сторону, найдёте беседку у берега озера, – не скрывая гордости, сообщил Александр. – Должен вам сказать, весьма живописное место. Если будет сложно найти, спросите нечисть, вам укажут дорогу.
Мира недовольно поджала губы. Лишь после того как они покинули автодом и вслед за хозяином поместья двинулись к дому, Александр сообщил: основными гарантами безопасности его дома являются берегиня и домовой, и для того чтобы защита оставалась такой же незыблемой, гостям придётся отдать им свои имена.
– Здесь живёт много нечисти. Благодаря им в доме поддерживается порядок и работа многих коммуникаций, все они будут рады помочь и готовы защищать, – сказал Александр, когда они поднялись на широкое крыльцо. – Сообщая берегине и старшему домовому своё имя, вы становитесь частью сделки, которую я заключил с каждым из живущей здесь нечисти. – Он улыбнулся и, словно желая добить Миру, добавил: – Неправда ли, приятно, когда своё имя можно не скрывать? В моём доме мы не используем прозвища и обращаемся друг к другу по именам, это служит для каждого из нас лучшим символом взаимного доверия.
– Об этом стоило предупредить заранее, – недовольно отозвался Макс.
