– Не из желания обмануть, но из недоверия. Неужели вы думаете, что кто-либо в этом доме захочет причинить вам вред?
– Откуда мне знать, если я почти ни с кем не знакома? – резонно возразила Мира. – В отличие от нечисти, люди могут передавать не только свои имена, но и чужие, и, когда это имя знает много людей, может просто случиться ошибка.
– Именно поэтому я и прошу каждого гостя назвать домовому своё имя, подписываясь под заключённой мной сделкой. Ни одна нечисть, живущая в этом доме, не причинит такому человеку вреда, даже получив его имя, случайно или намеренно.
– Именно поэтому я согласна изменить своим правилам и назвать своё имя домовому и берегине. Но кто знает, что может случиться дальше и с кем могут поговорить ваши гости, находясь вне вашего дома?
– Она права, – негромко заметил Макс, обращаясь к Александру. – Честно говоря, я был бы не против последовать её примеру.
– Тоже будешь настаивать? – уточнил хозяин дома, и Чтец усмехнулся.
– Нет. Слишком много людей будут знать, что я вру. А Миру и так все зовут Мирой.
– Хорошо, – Александр вздохнул, – пусть будет так. Я доверяю вам и вашим спутникам, девушка. Сойдёмся на этом компромиссе.
Он распахнул двери и первым вошёл в тёплый роскошный зал. Беспомощно оглянувшись на свою спутницу, Миша последовал за ним. Мира мешкала, и Макс остановился на пороге, дожидаясь её. Проходя мимо, девушка тихо сказала:
– Спасибо.
Она смотрела в пол, явно избегая встречаться с Чтецом взглядом, и тот невольно усмехнулся, понимая, как дорого ей, решившей его ненавидеть, далось это слово.
– Почему ты просто не соврала им? Назвала бы домовому не то имя, и дело с концом, – спросил он.
– Не могла. – Она всё-таки подняла на него взгляд. – Потому что Миша прав. Если бы я назвалась Мирой, это имя в самом деле окончательно стало бы моим.
Их поселили на чердаке.
– Разгребите себе место, – небрежно велела свалившимся ей на голову ученикам Яга и ушла, напрочь позабыв о них до самого вечера, когда помещения землянки заполнились манящим запахом пищи и рыженькая домовая взобралась наверх, чтобы пригласить Раду и Кота к ужину.
– Рассказывай, – велела Раде Яга, – что умеешь, что не умеешь. И по колдовству, и просто по жизни.
Она выслушала рассказ с неизменно ничего не выражающим лицом, кивнула, вытерла губы платочком и объявила:
– С завтрашнего дня готовишь себе сама. Ешь только то, что сама и сделаешь. В свободное время – в библиотеку, вы оба. Давно хотела разобрать книги. Иногда я буду забирать Святика на занятия, но ты, Девочка, не отвлекайся. Чем быстрее закончишь работу, тем быстрее я дам тебе новую.
– А меня вы учить не будете? – растерялась Рада и получила весьма исчерпывающий ответ:
– Это и есть твоё обучение.
Работа оказалась смертельно скучной. В библиотеке Яги, такой же тёмной, как и все остальные, комнате, нашлось двенадцать шкафов выдающейся фундаментальности, в несколько рядов заставленных книгами самой разной степени изношенности. Коту и Раде предстояло разобрать их все, расставив книги в алфавитном порядке, составить каталог и починить разваливающиеся переплёты. Для последнего Яга предоставила вырезанную на деревянной табличке печать и, поймав тоскливый взгляд Рады, пояснила:
– Будет сложно – позови кого-нибудь из нечисти, кто будет не слишком занят, тебе поможет. Гляди, вон Баюн, он тут обычно целыми днями бездельничает.
И понеслись унылые дни. Каждый раз, когда дверь в библиотеку открывалась и вошедшая Яга внимательно разглядывала своих учеников, копошащихся среди стопок книг, сердце Рады замирало в надежде на что-нибудь новенькое, но каждый раз Хозяйка забирала только Кота.
– Чему она тебя учит? – спрашивала его Рада и каждый раз вместо ответа получала усталую фальшивую улыбку и дурацкую отговорку:
– Жуть всякую рассказывает, а толку никакого.
– Ну, расскажи мне хоть что-нибудь! Я же так от скуки помру!
– Да там и рассказывать нечего, знаешь. – Кот чесал затылок и был абсолютно бесполезным.
Первые три дня, всеми правдами и неправдами избегая библиотеки, Рада шаталась по дому, исследуя его и его жителей. У Яги оказалось трое домовых, двое из которых друг друга терпеть не могли и вечно ссорились, не в силах разделить между собой обязанности, а третья – та самая рыженькая – заняла кухню, успешно игнорируя всех и вся за её пределами, и, казалось, дружила только с запечником. Чёрные котята коловёртыши незаметно сновали по дому, помогая домовым, а огромный чёрный кот-баюн вечно дремал на своём персональном кресле в углу библиотеки, обращая на гостей явно меньше внимания, чем они уделяли ему. Ещё в доме и вокруг него жили два дворовых, один задорный банник, скрывающая дом от нежелательных визитёров берегиня и стайка баечников, из которых Рада узнавала только одного, самого усатого.
– У, развелось, – с притворной строгостью проворчала Яга как-то раз, обнаружив троих усатых духов, подглядывающих за ней за ужином, – это они за тобой, Святик, пришли. Знают, кто здесь до нечисти слабый и сам кошмариться рад. Как тебе, странные сны уже снятся?
