– О! – Александр обрадовался. – Тебе удалось оценить их? Должен сказать, это удивительная история. Шёл четвёртый год после Разлома, был особенный день, и я как раз заключал сделку с местными духами. Им была очень выгодна эта сделка, поэтому – можешь ли мне поверить, Максим? – они принесли мне эти печати и вручили как подарок. Я, конечно, совсем не Чтец, но тоже сумел оценить их необычность. Духи не говорят мне многого, но, судя по всему, они принесли печати из своего мира. Физические предметы из мира нечисти, понимаешь?
«Откуда у тебя эта печать?» – «Стащил у чертей».
Неужели Кот не врал и не преувеличивал?
– Должен сказать, феномен нечисти я начал изучать ещё до Разлома, а потому, если тебе интересно ознакомиться с моими изысканиями, я охотно предоставлю тебе все бумаги.
– Интересно. Определённо интересно.
Однако, к разочарованию Макса, они направились не в кабинет Александра, а в сторону столовой.
– Скоро обед, а после мне надо будет решить ещё несколько вопросов. Я отыскал тебя, чтобы договориться наверняка: давай встретимся у меня в кабинете в шесть часов вечера.
В шесть так в шесть. Несколько часов он вполне подождёт, заодно можно будет поговорить с Мишей: обсудить происходящее и, быть может, немного и Миру.
Увы, после обеда Миша исчез: опять ушёл в тренировочный зал, как сообщил Женя, валяющийся на диване в гостиной.
– Представляешь, сразу после еды, – дивился он. – Я так не буду.
Время до шести ещё было, и Макс, размышляя о записях крёстного, отправился в библиотеку. Давно стоило оценить её содержимое, однако две неожиданные посетительницы библиотеки нарушили все его планы. Потому что там, за маленьким столиком, заваленным карандашами и белой – где только нашли такую? – бумагой, сидели Мира и Настя, чем-то чрезвычайно увлечённые, но одинаково испугавшиеся, услышав, как за спиной Макса захлопнулась выпущенная им дверь.
– Здрасте, – испуганно пискнула Настя.
– Привет, – кивнул Чтец и, уже обращаясь к Мире, спросил: – Не помешаю? Я хотел посмотреть книги.
Обе не ответили: Настя смотрела, как кролик на удава, Мира же просто думала. Макс уже был готов извиниться и уйти, когда спутница Бессмертного вдруг кивнула.
– Надеюсь, мы все здесь сумеем друг другу не мешать.
И всё же, полку за полкой изучая солидную коллекцию Александра, Чтец то и дело различал их голоса.
– Я не понимаю…
– Тут и не нужно понимать. Просто делай от всего сердца, это только так работает.
Макс как раз оказался неподалёку от их столика, когда Мира крайне категорично заявила:
– Давай. Если ты ещё не потеряла мысль, у тебя обязательно получится. Возьми карандаш, к которому потянется рука, и пиши.
Карандаш трясся в руках ребёнка, но Чтец не мог не отметить не по-детски правильного захвата. Проверив карандаш на жёсткость, Настя переложила его в левую руку. Снова в правую. Уставилась на бумагу. Не спеша подходить ближе, Макс замер у стеллажа, наблюдая, как напряжение покидает лицо девочки, как неуверенность и страх сменяются другой, непонятной ему эмоцией. Лёгким движением перекинув карандаш обратно в левую руку, Настя склонилась над своей бумажкой, почти уткнувшись в неё носом, и совершила едва заметное движение рукой.
– Вот. – Она с надеждой посмотрела на Миру. – Получилось?
Мира ответила ей печальной улыбкой.
– Не знаю. Проверь?
Девочка вновь погрустнела.
– Я боюсь.
К огромному удивлению Чтеца, лицо бывшей Сестры озарилось улыбкой.
– Раньше ты не боялась, потому что не верила, что получится. Давай, попробуй. Ничего плохого не будет.
– Папа не разрешает использовать новые печати без присмотра…
– Но ты же под присмотром. И я тут, и Чте… Максим.
Из взгляды встретились, и Макс разглядел румянец на её щеках.
– Чтец… – тихо повторила Настя и, вдруг обрадовавшись, подхватила бумажку и бегом направилась к нежданному гостю. – Вы же знаете печати, вы сможете мне сказать, она работает?
Мира попыталась вскочить следом, но, запутавшись в ногах, осталась сидеть, глядя на Макса с ужасом и мольбой. Уже оказавшаяся рядом Настя протягивала ему бумажку. Медленно оторвавшись от Миры, Чтец посмотрел на неё и увидел простую неуклюжую печать, в центре которой красовалась знакомая и всё так же совершенно непонятная ему завитушка. Не без труда заставив себя рассмотреть всю печать в целом, Чтец со вздохом протянул листок девочке.
– Она работает, но не даёт эффекта.
– Как это? – не поняла Настя.
– Вот тут. Она делает тепло и холод одновременно. Ты, наверное, хотела, чтобы она делала тепло, но не слишком?
Девочка опустила взгляд и кивнула. Макс улыбнулся.
– Не бойся.
Он наклонился, пытаясь сгладить разницу в их росте, но, кажется, сделал только хуже. Теперь он нависал над Настей, и она испуганно сжалась. Её глаза опасно заблестели. Неужели заплачет?
– Не бойся, – повторил Макс. – Твой страх – единственное, что стоит между тобой и успехом. Эта печать – настоящая, она работает. Просто она ничего не меняет.
