Но всё равно душа Териана Лекаса была сильнее. Пока бессмертный считал себя им, он жил в гармонии с собой – Териан подавлял воспоминания Лиса, полностью опутав его душу нитями своей паутины. А теперь вживлённая стигма вновь начала чувствовать себя чужой в этом теле. Она снова пыталась заполучить мужчину, но он не хотел больше забывать, кто он есть на самом деле, поэтому сопротивлялся, и Териану это не нравилось. Стигма стала агрессивной, Даэв чувствовал внутри себя непомерную злобу и ненависть как ко всему миру, так и к самому себе. Добавлял огня в этом безумном коктейле сам Лис – проснувшись от долгого сна, он не знал, как себя вести, оттого паниковал, забиваясь в самый угол, когда видел перед собой образ сильного Териана Лекаса. Две личности жили внутри бессмертного, но он не отдавал право захватить контроль над собой ни одной из них. Асмодианин не доверял ни той, ни другой: Териану – из-за многовековой лжи, а Лису – из-за слабости во всей этой авантюре. Тогда кого же видели окружающие, когда смотрели в эти светящиеся ядовито-зелёные глаза? Героя или бандита? Лжеца или труса? Они видели третьего – того, кто старался всегда трезво оценить ситуацию, того, кто помогал сохранять хрупкое равновесие в самом эпицентре бури – мужчину без воспоминаний, без прошлого и будущего, пустую личность, созданную, чтобы окончательно не сойти с ума. И так как у этого третьего не было своих воспоминаний, у него не было и слабостей, что мог использовать Териан, чтобы вновь захватить контроль. Оттого у него не было и волшебного чутья, способного видеть врагов…
Ночь прошла спокойно – ничего подозрительного не было замечено. С наступлением утра лагерь оживился: шатры опустели, все подошли к огню, чтобы отведать то, что легионеры-повара (они по традиции назначались по жребию) приготовили, пока светало. Даэвы вернулись в лагерь подкрепиться и согреться. На дневной пост выставили четверть легиона смертных – как-никак дозор нужен и в светлое время суток.
Териан тоже вернулся к элийцам. Поравнявшись буквально с первой палаткой, он встретил на себе пристальный взгляд Невмы, стоящей возле огня в окружении своих легионеров.
– Как спалось? – с некой издёвкой спросил он, приблизившись к женщине.
Воины тут же обступили его, словно верная охрана, защищая своего господина.
– Чудесно, – сухо ответила командующая. – Когда выступаем?
– После завтрака пусть начинают разбирать лагерь, – сурово промолвил асмодианин. – Сбор через два часа.
– И сколько до позиций повстанцев? – Териан собирался идти, но Невма остановила его вопросом.
Мужчина молча кивнул в сторону высящегося холма в десяти километрах от лагеря.
– За холмом находится сторожевая башня и высокая стена. Она служит границей снегов. Полагаю, её нам и нужно осадить.
– Полагаете? – искривила лицо воительница. – То есть, Вы устраиваете весь поход на предположениях?
– Да, – буркнул Териан.
– Знаете, что?! – воскликнула Невма, но северянин её перебил.
– Раз войска Видара не продвинулись дальше полосы зимы, значит, земли за стеной принадлежат повстанцам.
Мужчина посмотрел на собеседницу строгим взглядом, на что она только едва заметно кивнула.
– И как нам осадить стену? – сбавив пыл, спросила командующая. – Какой она высоты и протяжённости?
– Протяжённость – сотня миль. Высота везде разная. С холма нам будет проще зачистить её. Охраняет рубеж максимум пара сотен риваровцев – не думаю, что у них здесь больше людей. Брать стену будем через верх – Даэвы нападут на лагерь с воздуха и откроют нам ворота.
– Здесь есть ворота? – удивилась Невма. – Вокруг лес. Зачем делать ворота рядом с лесом?
– А как возвращаться разведке? – ухмыльнулся в ответ асмодианин. – Где брать дрова для костров и брёвна для домов? Деревья-то по ту сторону уже давно вырубили. Раньше по этой стене шла граница между землями людей и оборотней. Мы с ними долго воевали, но в итоге смогли заключить мир. Стена служила опорой и защитой для жителей к востоку отсюда.
– И куда теперь делись эти оборотни?
– Никуда. Они переселились северней, так как эти леса омертвели: живности для охоты здесь давно не найти.
– Вы знаете, где находятся эти ворота?
– К ним вас и веду, – сощурившись, ответил асмодианин, уже в который раз собираясь уходить.
– А с той вышки нас не заметили? – продолжала Невма. – Костры горели всю ночь.
Териан устало вздохнул и ответил:
– Если бы заметили, мы бы об этом уже давно узнали. Подумайте: вы башню не видите, значит, и она не видит вас. Дыма от костров ночью тоже не видать, а свет от них не настолько ярок, чтобы обратить на это внимание в метель.
«Видимо, все элийцы такие назойливые…» – невольно подумал Териан.
– Хорошая новость… – пробормотала женщина. – Почему за стеной нет снега? Ведь не может быть так, что…
– Наверное, там солнце освещает землю лучше, – предположил Даэв. – А вообще, не знаю. Но курорта, в любом случае, я не обещаю: снега и ветров по ту сторону меньше, но температура отличается несильно.
– Ясно… – кивнула Невма. – Тогда я дам команду к сбору. Вы можете идти.
