— А ты так любишь исполнять дамские желания? Раз так, будь добр, выдели мне пиратский наряд и перестань преследовать! — выпалила я.
Ответом послужила лишь усмешка, но она была красноречивее сотен слов. Он всё понимал — понимал, из-за чего я стараюсь его избегать, отчего веду себя грубо, отчего делаю вид, что мне всё равно. «Интуиция и знание женской натуры» шепнули капитану, что причина этому — попытки возвести неприступную стену, не позволить сердцу влюбиться, не пустить в глубины души истинных чувств. Сколько раз он имел дело с подобными особами? Сколько раз одним движением выгоревших ресниц покорял их сердца? На мою долю выпала лишь возможность мысленно молить его, чтобы не делал так со мной. Не хочу, чтобы потом душа разбилась вдребезги.
Я уходила стремительно, не оглядываясь назад, и не остановилась, пока за спиной не хлопнула дверь каюты. Возможно, это глупо: целенаправленно лишать себя возможности полюбить, но в состоянии эмоционального напряжения это виделось единственным выходом.
Не доверять слишком сильно! Не надеяться слишком сильно! Не любить слишком сильно! Потому что «слишком сильно» может сделать тебе слишком больно… Предыдущие неудачные опыты романтических отношений заставили прочно уяснить это простое правило. Нарушить данный самой себе запрет мешал пресловутый страх. Плюс ко всему, я имею дело с закоренелым бабником. С каждой мыслью душа тяжела, словно под стальными оковами. А в то время совсем рядом маячит счастье, лёгкость, радость! Рискнуть? Довериться? Отдаться на волю чувств, нырнуть в поток бытия? Или провести подаренное судьбой приключение в гордом одиночестве, отгородившись ото всех?
На старый блокнот упал луч света. Рука смахнула пыль и придвинула его к краю стола. Окрашенные временем в желтоватый цвет страницы оказались пустыми. Сколько лет эта книжонка, никому не нужная, пылится на этом столе, сколько ждёт своего часа? Ладонь машинально нырнула в карман джинсов: там всегда хранился карандаш или ручка: вдруг я встречу на улице Джонни Деппа, а при мне не будет письменной принадлежности, чтобы взять автограф?
Старая шариковая ручка с погрызенным во время сессий колпачком коснулась страницы.
«Капитан Джек Воробей» — появившиеся слова посреди бумаги были столь же чужеродны, как я в этом мире. Долго вглядывалась в черневшую на листке надпись, пыталась осознать, прочувствовать, что это эти слова значат для меня. Буквы плыли перед глазами, как и мысли. Капитан Джек Воробей. Персонаж фильма? Реальный человек? Или нечто большее для меня?
Стук в дверь. Я подскочила на стуле, захлопнула блокнот и попыталась придать голосу как можно больше недовольства:
— Кто там ещё?
В каюту беззастенчиво заглянула пиратская физиономия.
— А я всё слышал! — коварно улыбнулся Джек.
— Ты о чем?! — фраза повергла в смятение и заставила нервно подрагивать колени. Вдруг я всё это время рассуждала в слух, а Воробей бесцеремонно подслушивал?
— Что ты хочешь пиратский наряд. Думала, я пропустил мимо ушей? Нет, цыпа, я ничего не упускаю, — Джек Воробей вальяжно прошествовал в каюту. Я недоумевающе взглянула на свёрток в его руках, прежде чем кэп вручил его мне и чересчур торжественно объявил: — Это тебе!
На губы просилась улыбка. Получить подарок от самого Капитана Джека Воробья: это ли не чудеса судьбы?
— Значит, всё-таки джентльмен. Спасибо.
Воробей выжидательно замер. От одного взгляда на него сердце пускалось вскачь. Такие чувства были прежде незнакомы. Не раз мне приходилось влюбляться, но в этот момент все предыдущие воспоминания показались лишь детской игрой, а не любовью. Именно сейчас, именно здесь впервые ощутилось совершенно новое, невероятное чувство — как будто передо мной именно тот человек, для встречи с которым я родилась, которого всегда искала, которого всегда любила. По-настоящему. Как будто мы предназначены друг другу. Но вряд ли он будет подобного мнения. С трудом я оторвала взгляд он тёмных, как ночь, глаз и вырвалась из наваждения.
— Джек, спасибо, — повторила я, откладывая свёрток с одеждой на стол.
— Ну так пожалуйста, — Воробей развёл руками.
— Джек! Спасибо тебе за новую одежду, но надеть ее я смогу и сама! — я указала пальцем на дверь, и в который раз передразнила: — Кыш-кыш!
Джек обиженно цыкнул и отступил к двери.
— Уверена? — невинно поинтересовался он.
— Похоже, я поспешила с выводами. Всё-таки похотливый бесстыдник, а не джентльмен, — я грозно сверкнула глазами и подступила на шаг к нему.
— Как жаль… Понадобится помощь — зови! — пропел Джек и скрылся за дверью.
