Это Сильвия пробормотала уже, засыпая. Снов она почти не видела, только лицо Ричарда иногда появлялось в серой дымке, да почему-то рядом маячил любимый кот.
— Сударыня, сударыня, вы меня слышите? Госпожа графиня! — голос Марии безжалостно вырвал Сильвию из дремы.
— Мадам, его светлость приехали. Я сказала ему, что вы еще больны, но потом подумала, может, что случилось, и вы станете ругать меня, если я вас не разбужу.
— Хорошо, Мария, только помоги мне сесть.
Служанка подняла подушки, и Сильвии с огромным трудом удалось принять полулежачее положение. Голова кружилась, перед глазами плавали цветные круги, руки тряслись, как у старухи. «Все-таки, жар еще не прошел, и, наверное, не стоило принимать Д’Арси», — вяло подумала Сильвия. Но отказываться уже поздно. Она устало прикрыла глаза и очнулась только от голоса Д’Арси.
— Добрый вечер, сударыня. Как вы себя чувствуете?
Лицо герцога не выражало ничего, кроме некоторой досады. Похоже, он не ожидал увидеть то жалкое зрелище, что предстало перед его глазами.
— Благодарю вас, ваша светлость, уже лучше. Но не настолько хорошо, чтобы принять вас в кабинете. Простите, что приходится делать это в такой обстановке. Садитесь, прошу вас.
Д’Арси молча опустился в кресло.
— Как Патрик? С ним все в порядке?
— Да, с ним все в порядке, насколько это возможно в данной ситуации. Кстати, он снова начал говорить. Это моему сыну удалось разговорить его, они всегда прекрасно ладили с кузеном. Собственно, я и приехал поговорить о Патрике. Но в вашем состоянии… — он посмотрел на Сильвию с таким сомнением, как будто не был уверен, способна ли она воспринять то, что он собирался ей сказать.
— Говорите, сударь, я вас слушаю, — Сильвии не хотелось сейчас ничего, но она понимала, что Д’Арси не приехал бы, если б разговор не был важен.
— Хорошо, — герцог поднялся, и сейчас Сильвии показалось, что разговор также труден для него, как и для нее.
— Сударыня, вы еще молодая и достаточно привлекательная женщина….
Тут Сильвия даже немного обиделась. Разве можно говорить женщине о возрасте и ставить под сомнение ее привлекательность?
— Полагаю, вы не станете уходить в монастырь, закрываться от света, и еще выйдете счастливо замуж.
— Ваша светлость, как вы можете говорить мне о замужестве! Сейчас, когда не прошло и недели со дня смерти Ричарда, — перебила его Сильвия. Присутствие Д’Арси раздражало ее, а его слова просто выводили из себя. Она даже приподнялась на подушках.
— Простите, сударыня, я не хотел вас оскорбить. Конечно, сейчас вы переживаете потерю любимого мужа, но горе скоро пройдет, и вы не станете всю жизнь убиваться по нему. Вы непременно встретите достойного человека, которому захотите составить партию, и тогда Патрик станет для вас помехой! Зачем вам обуза в виде маленького ребенка, ведь у вас еще будут свои дети. А Патрик будет стеснять вас.
Сильвия просто задохнулась от бешенства!
— Да как вы смеете! Почему вы позволяете себе решать за меня, кто мне нужен, а кто нет? Да, у нас с Патриком поначалу не очень складывались отношения, но он сын моего мужа, а значит, как он может мне помешать?
Д’Арси поморщился как от зубной боли. Ему самому уже был неприятен этот разговор.
— Сударыня, я не договорил. Я хочу забрать Патрика к себе. Насовсем. У меня ему будет лучше. В конце концов, он мой племянник, наши дети дружат, и вместе им будет веселее. Но поскольку Патрик является наследником своего отца — юным графом, ему придется хотя бы формально, но подписывать документы, принимать какие-то решения. Обычно этим занимаются опекуны. Я хочу избавить вас от этих хлопот. Для этого вам будет нужно официально отказаться от пасынка.
— Что?! — В глазах у Сильвии потемнело, ей казалось, что она не улавливает смысла слов, сказанных герцогом.
— Вы сошли с ума, сударь? Как вы можете!! Я не стану… Ее речь стала отрывистой, руки беспокойно сжимали и разжимали края одеяла. На лице выступили капли пота, она беспокойно переводила взгляд с герцога на стену.
— Ричард, Ричард, ты слышишь, что он говорит?… Душно… нельзя так…
«Святая Дева, она бредит! Зачем я вообще начал этот разговор, она же не в себе! Если она сошла с ума, Патрика тем более нужно будет забирать».
— Окно…, как душно, — услышал Д’Арси. Он подошел к окну и отодвинул тяжелые занавеси. Уже вечерело, комната стала наполняться прохладой. Герцог хотел позвать служанку, как вдруг заметил совершенно ясный взгляд Сильвии.
— Вы ведь невзлюбили меня с первого взгляда, — вдруг сказала она отчетливо. — С первой минуты, как только Ричард представил нас друг другу. Вы всегда смотрели на меня даже с какой-то брезгливостью. Как будто я назойливая муха, кружащая вокруг вашего друга, и которую противно даже отогнать. Но за что?
