Сильвия чувствовала себя бесконечно уставшей. Бессонная ночь и тревога за жизнь Д’Арси измотали ее, так что она чуть было не уснула и не пропустила очередное время приема лекарства. Она подняла Марию, попросила сменить ее и разбудить, когда явится мэтр Ренард.
Ей показалось, что она только легла, как Мария уже тормошила ее за плечо. Сильвия проспала всего три часа, и глаза закрывались сами собой. Но она все же заставила себя встать и пройти к герцогу. Врач уже был там и менял повязку, снова пропитавшуюся кровью.
— Я вижу, господин герцог все же пытался подняться?
— Да, мэтр, я ничего не смогла поделать.
— Ну что ж, я оставлю вам еще одно лекарство, от которого господин герцог будет больше спать. Но то питье, которым вы поили его ночью, нужно продолжать давать и сегодня. Каждый час, как и раньше. Вы сможете сменить повязку, если рана опять закровоточит?
— Да, сударь.
— Ну, тогда я прощаюсь с вами до вечера, госпожа графиня!
— Мэтр, скажите, как много времени понадобится господину герцогу, чтобы снова встать на ноги?
— В зависимости от благоразумия его светлости. Но я бы не советовал двигаться первые два-три дня.
Сильвия с ужасом представила себе, что ей целых три дня придется удерживать Д’Арси в постели. Вероятно, ее мысли отразились на лице, поскольку врач продолжил:
— Ну сегодня и завтра господину герцогу определенно не стоит подниматься. На третий день я бы тоже не рекомендовал, но при соблюдении определенной осторожности, его можно будет перенести на носилках в карету и перевезти в какое-то другое безопасное место.
— Никто и никогда не увидит герцога Д’Арси на носилках и в немощном состоянии! — Сильвия и не заметила, как герцог проснулся.
— Ваша светлость, если вы не хотите, чтобы герцога Д’Арси увидели мертвым, вам придётся меня послушаться, — спокойно произнес мэтр Ренард.
Судя по всему, герцог был вынужден согласиться с лекарем, поскольку от любого движения перед глазами разливался туман.
Мэтр Ренард попрощался и обещал снова навестить больного вечером.
— Примите ваше лекарство, сударь, — устало вздохнула Сильвия.
— Вы совсем не спали сегодня ночью, — Д’Арси заметил тени, залегшие под глазами, и бледное лицо Сильвии.
— Не беспокойтесь обо мне, сударь. Вот питье, возьмите.
Мария снова сменила Сильвию у постели, и та отправилась спать. Проснулась она уже ближе к вечеру. Мария доложила, что от нового снадобья герцог спит беспробудно, и давать ему лекарство стало легче, по крайней мере, он не порывается все время вставать.
Сильвия только успела пообедать и поужинать одновременно, как снова появился мэтр Ренард. Осмотрев больного, он отметил, что раны не воспаляются, а это хороший признак, поменял повязки и обещал прийти на следующее утро.
Ночь прошла довольно спокойно. Сильвия уже не волновалась за жизнь его светлости и не опасалась, что кто-нибудь явится по его душу. Она отослала Марию отдохнуть, а сама почти до рассвета сидела у кровати герцога.
На следующий день мэтр Ренард разрешил разбудить больного, и велел его накормить, чтобы силы восстанавливались быстрее. С трудом, но разбудить его все же удалось. Герцог явно чувствовал себя лучше. Он тут же потребовал воды, чтобы умыться и привести себя в порядок. От завтрака он отказался, но позволил накормить себя свежей булочкой и выпил воды. Мэтр Ренард еще раз настоятельно просил его светлость не двигаться без нужды хотя бы еще сутки и снова попрощался, теперь уже до завтра.
Судя по всему, сонное зелье еще действовало, поскольку, поев, герцог тут же снова уснул. Сильвия, наконец, вздохнула свободнее и даже решилась на небольшую вылазку из дома. Немного погуляв по парку, графиня вернулась и сразу же поднялась к его светлости. Герцог уже не спал.
— Я не успел поблагодарить вас, сударыня. Вполне возможно, что вы спасли мне жизнь, — усмехнулся он. — Если бы не ваше гостеприимство, кто знает, лежал бы я сейчас на мягкой постели или все же на кладбище.
— Вы преувеличиваете мою скромную роль в вашем спасении, ваша светлость. Мэтр Ренард, вот кого вам стоит благодарить. Нам чрезвычайно повезло, что он оказался сейчас в столице.
Разговаривая, Сильвия наклонилась, чтобы поправить подушки, и их лица оказались очень близко друг к другу. «Боже правый, какие глаза, в них, вероятно, утонуло немало прекрасных дам», — успела подумать Сильвия, прежде чем почувствовала на своей талии руки, а затем Д’Арси резко притянул графиню к себе и поцеловал. Поцелуй был долгим, требовательным, совсем не нежным, и все же Сильвия даже не пыталась отстраниться. Ей хотелось, чтобы время остановилось. Наконец, она прогнала морок и нашла в себе силы оторваться от его губ. Д’Арси молчал и очень серьезно смотрел на нее.
— Я рада, что вашей светлости гораздо лучше, — пробормотала совершенно растерявшаяся Сильвия. — Прикажу принести вам обед.
И графиня быстрым шагом покинула комнату.
