Надо же, я уже и думаю, как они. Эта мысль была такой легкой и неожиданной, что ярость медленно отступила прочь. И хвала Тебе за это, Роксана! Наконец-то я нашла таких же безумных, как и я сама! Тех, кому я подхожу, как клинок ножнам.
— Хочешь драться с ней? — палец Саиры указал на Раду, но смотрела она, не отрываясь, даже не моргая, прямо в глаза Лары. И в глотке ее ворчало почти что звериное рычание. — Хочешь вызвать ее на поединок? Будь по твоему! Властью, данной мне Роксаной Огненной, я разрешаю тебе, первая стрела Лара, помериться силой с Младшей Сестрой Каэрос Радой. Вот только не на долорах и не на клинках. Не хватало еще, чтобы из-за такой глупости вы обе вконец опозорили свою честь. Сегодня день поединков, так что деритесь на руках. Кто кого положит на стол, тот и победил. — Саира выпрямилась и оглядела остальных анай. — Ну что, сестры, правильно ли я говорю? — громко спросила она.
— Саира! — взревели Каэрос, потрясая кулаками и улюлюкая. — Держащая Щит!
— Устроит тебя такой вариант? — насмешливо вздернула бровь Саира, глядя на Лару. — Или снова будешь орать и зубы скалить?
Первая стрела огляделась из-под насупленных бровей, видя поддерживающих Держащую Щит Дочерей Огня. Отступать-то ей было уже некуда. Слово было сказано, вызов брошен, и если сейчас она отменит его, то опорочит свою честь. Как и если продолжит настаивать на поединке после слов Саиры. Бросив на Раду полный ненависти взгляд, Лара буркнула:
— Согласна.
— Отлично! — энергично тряхнула копной черных косичек Саира и повернулась к Раде. — А ты, Черный Ветер?
— Если будет на то воля первой, — негромко сообщила та.
Громко хлопнув в ладоши, Саира приказала:
— Очистить стол! Освободить место! — и добавила, с хищным оскалом разглядывая обеих соперниц. — Будет, еще как будет!
Что-то такое было в ее горящем взгляде, что Рада вновь поежилась. И как только Лэйк могла разделить свою жизнь с этой женщиной? В ней бушевало такое неукротимое пламя, что рядом с ней находиться-то физически было сложно, в любой момент жди беды или чего-нибудь уж совершенно неожиданного. А одноглазая крылатая царица, похоже, души в ней не чаяла и даже не слишком боялась взрывов ее бешеного характера. Так только, ворчала для виду, возможно, даже для того, чтобы Саире было приятнее.
Разведчицы быстро принялись сдвигать прочь со столешницы у ближайшего стола тарелки, кружки, блюда со снедью, а Рада вдруг поймала себя на том, что гнев ушел. Совсем ушел, и следа после себя не оставив. То ли дело было в яростной отповеди Держащей Щит, то ли в ее маленькой искорке, чью напряженную тревогу она чувствовала у себя между ребер, но Рада поняла, что больше не злится совсем. Ей сейчас нужно было сохранить голову спокойной, постоять за свою честь и честь своей женщины и не наделать при этом глупостей. И гнев в этом уж никак ей помочь не мог.
Обернувшись к Лиаре, она ободряюще улыбнулась ей и самым краешком губ поцеловала ее полные тревоги серые глаза. А потом уверенно зашагала к Держащей Щит, занявшей место у угла стола, где рядом стояли две лавки, стараясь держать в поле зрения Лару, чтобы не получить удар в спину. Вряд ли, конечно, первая стрела пошла бы на такое на глазах у всего клана, но хмель порой менял людей слишком сильно, и они совершали те поступки, на которые никогда в трезвом уме не отважились бы.
Рада первой уселась на лавку и принялась подкатывать рукав пальто, чтобы освободить кисть. Лара опустилась напротив нее у края стола, бросая на нее горящие злобой взгляды и нервными резкими движениями тоже отдергивая рукав. Вокруг столпились, шумя и галдя, разведчицы. Вмешательство и отповедь Саиры подействовали, вновь послышался смех и предложения пари, возгласы тех, кто поддерживал сражающихся или одну из них. Рядом с Саирой встала и царица Лаэрт, потягивая из своей кружки вино и задумчиво разглядывая Раду. Взгляд у нее был заинтересованным и хищным, и той подумалось, уж не специально ли Магара все это затеяла, чтобы понаблюдать за ее реакцией? Рука искорки сжала ее плечо на удачу, а сама девушка отступила на шаг, чтобы не мешать Раде. Кто-то из разведчиц сразу же протянул ей кружку с вином, но та только покачала головой, встревожено наблюдая за Радой.
— Ну что ж, петушки мои горластые, давайте! — глаза Саиры горели от предвкушения, и сейчас в ней было что-то уж совсем дикое. На миг Раде почудилось, что в ее лице мелькнула тень другого лика с огненными глазами и ворохом пламенных кудрей, которое она видела вчера вечером в отсветах пламени костра. — Роксана с вами!
