И она вдруг громко хмыкнула, чувствуя себя полной дурой, и при этом самым счастливым человеком во всем мире. Что толку было тревожиться и сидеть в одиночестве, мрачно сетуя на страдания и боль? Ведь все было хорошо! Все было так хорошо, как только могло быть. Начиналась их первая весна с искоркой, начиналась их новая жизнь, совсем иная, волшебная, полная. Начиналась сказка, о которой они так мечтали. И коли вся эта тревога нужна была, чтобы Рада пришла к Небесным Сестрам, коли все испытания были нужны, чтобы она добилась своего, то стоило поблагодарить Великую Мани за все это.
И тревога разбилась внутри нее на мелкие осколки, ссыпавшись прочь алмазным крошевом. Рада улыбнулась во весь рот, чувствуя себя легкой, будто сосновые иголки в синем-синем небе, и принялась выкарабкиваться из сугроба. Встав перед Жрицей, Рада низко поклонилась ей.
— Спасибо тебе, светлоликая, за урок, — она потрогала шишку на затылке, которая болела уже меньше, и добавила: — и за помощь. И вообще за все. Кажется, без тебя я бы не справилась.
— Вот и славно, что я оказалась именно на этом камне, а ты вышла именно сюда, не правда ли? — глаза Хельды смеялись ослепительными солнечными брызгами. — А ты еще говоришь, что Великая Мани отвернулась от тебя. Да Она несет тебя в ковше Своих ладоней и баюкает нежнее нежного, а ты в ответ только орешь и брыкаешься, пытаясь доказать Ей какую-то ерунду.
— Твоя правда, — кивнула Рада, а потом они обе засмеялись, весело и легко.
А теперь иди-ка к своей искорке. Скажи ей уже наконец, что она самая любимая, нежная и желанная, скажи за все те минуты, когда ты хмурилась и молчала. И заодно поешь чего-нибудь: а то в животе шаром покати.
Рыжее закатное солнце медленно катилось за горы, разбросав по небу длинные косые лучи. На западе горизонт горел плавленым золотом, словно Роксана перед тем, как улечься спать, протирала Свой щит тряпицей, полировала его до блеска и только потом вешала на стену. Дальше цвета медленно темнели от багрово-алого до зеленого и лазурно-синего на противоположной стороне неба. И звезды казались бледнее в победном свете весенних лучей солнца, и небо было таким глубоким, что туда можно было свалиться, падать и падать без конца, покуда оно вообще существует.
Лиара смотрела туда, запрокинув голову и гадая, есть ли этот конец у бескрайней дали. Что там, за этими странными рисунками звезд, за неспешным движением небесных светил изо дня в день по одному и тому же пути? Что лежит глубже ночной зимней черноты и тонких росчерков падающих звезд в конце лета? Только ли бесконечная мгла, которой и конца края нет? Или тот светлый мир, полный запаха цветущих вишен и струящегося с золотых небес света, куда порой уносили ее грезы? Или еще что-то, иное? Может, точно такой же крохотный кусочек земли среди вековечных гор, смотрящихся в небо, на котором вот точно также сидит другая Лиара и смотрит во все глаза в темную пустоту, смотрит через все эти толщи пространства и лет на нее и задает тот же вопрос? Вопрос, у которого нет слов, которому нет названия и ответа. Странная тоска, влекущая сердце и все нутро, тянущая его… куда?
Из-за спины послышался приглушенный толстыми стенами дома взрыв смеха, и Лиара невольно вырвалась из своих мыслей. Впрочем, ей казалось, что и думать об этом — толку нет. Все равно что растопыренными пальцами ловить в кристально чистой воде мальков. Ни одного не поймаешь, как ни старайся, слишком уж они быстры, да и зачем? Только забавы ради, а разве же есть в этом хоть какой-то прок?
Она опиралась на балюстраду, которой со всех сторон окружили Плато Младших Сестер, чтобы самые маленькие его обитатели, у которых еще не было крыльев, не попадали ненароком за его край. Внизу темнели в вечерних сумерках, куда уже не доставали последние лучи закатного солнца, пушистые верхушки сосен, окружающих становище Сол. Фигурки Ремесленниц и разведчиц двигались между строений становища, кое-где уже загорелись первые огни. Опустел Плац; тренировки давно закончились, и Младшие Сестры разошлись по мастерским, в которых они учились невоенному ремеслу. Рады тоже там не было, она ушла с молодыми разведчицами в окружающую Сол рощу. Запасы мяса с прошлого года значительно оскудели, и теперь разведчицы попеременно охотились, пополняя небогатый рацион становища до времени, когда всего будет в избытке.
В отсутствии Рады дома ей делать было особенно нечего. Все домашние дела они делили пополам, включая приборку и стирку, а потому справлялись с ними легко и быстро. Питались они в едальне, как и другие Каэрос, так что и готовить еду им самим не требовалось. К тому же, Лэйк, взяв с собой часть глав сообществ, улетела в земли Нуэргос к царице Аруэ для решения связанных с совместными учениями вопросов, потому и вечерние медитации было решено на время отложить. И теперь девать себя Лиаре было некуда, так что вечера она проводила в компании молодых Ремесленниц, которые после занятий звали ее с собой на Плато Младших Сестер.
