– Тин-Тин, помолчи секунду, – перебила её Аманда так устало, что даже злиться на неё не получалось, тем более что поздравление всё равно шло не от чистого сердца. – Это большая высокая машина, внедорожник. Я на такой не ездила никогда. Она слишком мощная! Я всё время боюсь кого-то сбить… А иногда, наоборот, прямо хочется раз – и наехать на кого-то, чтоб потом уже больше не бояться, – призналась она мрачно. – С пассажирами мне спокойнее.
Пирс явно был не в восторге от идеи сесть в машину к, мягко говоря, не вполне уверенному водителю, однако он заверил Аманду, что обязательно вернётся к этому разговору вечером, а потом подлил ей чаю. Тина воспользовалась тем, что пришёл посетитель, и трусливо сбежала за стойку.
Там со стопкой приключенческих книг – Жюль Верн, Фенимор Купер и Майн Рид – стоял старый знакомый – мужчина лет шестидесяти трёх, школьный учитель по географии.
– Понравилось? – спросила Тина машинально, перебирая карточки в деревянном ящике.
Уже который год племянник мэра обещал выбить средства на цифровую картотеку, но пока обходились по старинке, достижениями пятидесятилетней давности.
– «Путешествие к центру Земли» с двадцатого раза только лучше становится, – улыбнулся учитель. Очки у него были старомодные, под стать всему вокруг – массивные, в роговой оправе. – Красивые у вас цветы, мисс Мэйнард.
– Цветы?..
Она рассеянно оглянулась, не понимая, о чём речь. И только тогда заметила, что за тот короткий перерыв на чашку чая, пока Аманда излагала свою новость года, на стойке появилось кое-что новенькое: приземистая круглая ваза, полная лесных фиалок. Стоило взгляду упасть на неё – и дымчатые лиловые лепестки затрепетали, точно сырой речной ветер дохнул на них, а библиотека наполнилась благоуханием. Тина инстинктивно потянулась к цветам, провела над ними ладонью – кожа повлажнела. На дне вазы что-то мерцало…
«Жемчуг, – поняла Тина, приглядевшись. – Там на три пальца отсыпано жемчуга».
Кёнвальд явно раскаивался в содеянном – и извинялся, как умел.
Лично заявиться он, впрочем, не рискнул. И правильно сделал: первый порыв – врезать ему хорошенько – уже прошёл, но на смену явилось не менее разрушительное желание выяснить отношения. Возможно, даже прилюдно; в самом тяжёлом случае – с привлечением в свидетели всех доступных условно разумных существ. Наверное, что-то такое витало в воздухе, потому что даже Аманда вела себя тихо и не докапывалась по пустякам… Только уточнила пару раз, не нужно ли Тину после работы подбросить куда-нибудь:
– Может, в зоомагазин? Ты вроде бы вечно корм таскаешь мешками для своих зверюг?
– Пакетами. Мешок я не потяну.
– Я подвезу!
– Финансово не потяну, – уточнила Тина, немного смущаясь. – Конец месяца, свой лимит я уже выбрала, так что теперь экономлю. Вот в понедельник начислят зарплату – и я тут же наберусь наглости и попрошу тебя о помощи. Хорошо?
– Хорошо, – вздохнула Аманда, сдаваясь. И обхватила себя руками, парадоксальным образом становясь одновременно старше и юнее. – Мне за тебя тревожно, Тин-Тин. Наверное, из-за того ублюдка, как ни крути, это я тебя к нему подтолкнула… Да ещё и машина эта новая…
Как всегда, в такие минуты она казалась почти хорошей. Обиды забывались; все недоразумения с ней отдалялись, подёргивались дымкой. Тина вспоминала, что именно Аманда настояла на том, чтоб взять её на работу – вчерашнюю школьницу, без образования, без перспектив, с одной угрюмой злостью в душе.
«А ведь библиотека поначалу мне нравилась, – подумалось вдруг. – Нет, даже приводила в восторг».
Но тут сеанс ностальгических воспоминаний был прерван самым банальным образом: зазвонил мобильный телефон. Номер высветился незнакомый.
– Может, из полиции? – пробормотала Тина. И, махнув Аманде рукой, мол, подмени, шагнула за стеллажи. – Слушаю вас.
– Это Харди, «Болтушкины сплетни». Хочу задать вам несколько вопросов, мисс Мэйнард.
Если первая мысль была о полиции, то вторая – о папарацци.
«Ах, да, мисс Рошетт же упоминала о том, что Оливейра не умеет держать язык за зубами. Наверняка весь город в курсе, что маньяк самоубился об меня, и теперь жаждет подробностей… Ну, не дождётся».
– Боюсь, вы ошиблись, – мягко ответила Тина, стараясь не показывать волнения. – Где вы получили этот номер?
На том конце провода возникла заминка. Кто-то зашуршал, потом сказал что-то в сторону, зашипел…
– Я Долорес Харди, – уточнил наконец голос после долгой паузы. – Ну… Долли. Племянница Фогга. Он ведь говорил про меня, да?
«Так это та самая!»
Тина почувствовала себя пристыженной.
– Конечно, упоминал. Простите, мисс Харди, я не признала вас сразу, – повинилась она. – Большое спасибо за помощь с объявлениями.
– Пустое! – бодро ответила трубка. – Я и сама ужасно заинтересовалась всем этим. Собственно, потому и звоню. Как насчёт того, чтоб встретиться сегодня вечером где-нибудь в парке, на ваш выбор, и пообщаться? У меня есть новости.
