Несколько секунд Лера не могла понять, кто такая Татьяна, а потом воспоминания вдруг хлынули с мощью прорвавшейся плотины. Она вспомнила медсестру в коротеньком халатике, провожающую ее из клиники, а потом ту же девушку, передающую ей письмо от Ларисы Павловны. Вспомнила саму Ларису Павловну, которую видела всего раз в жизни. И ее письмо, которое всплыло в памяти так живо и четко, будто Лера снова только что его перечитала. «Верь в невозможное и люби до невозможности» — эта фраза засела в голове, как заноза, и пульсировала с каждым биением сердца. Верить в невозможное. Любить до невозможности. А что сделала Лера? Сдалась… Почти поверила в собственное безумие. Почти забыла Сэма. Там за дверью стоит Таня, и она… а что она? Вспыхнувшая было надежда, снова заледенела. Как глупо все это. Таня — просто сочувствующая Лере медсестра. Все, что их связывает — это память об умершей пациентке. А все, чем Таня может помочь — это подбодрить добрым словом.
Лера едва не расплакалась от той резкой смены эмоций, которая произошла с ней в течение пары мгновений.
— Да, Таня, я вас помню. Вы медсестра, которая передала мне письмо от… Ларисы Павловны, — ко всему прочему добавилась еще и злость. Ведь если бы эта Таня, будь она неладна, не передала то письмо, Лера жила бы сейчас спокойной обычной жизнью.
— У меня снова для вас послание, — зашептала девушка.
— От кого? — удивилась Лера.
— Потом вам все объяснят.
— Что за послание? — Лера тут же принялась исследовать дверной проем. — Под дверь тут ничего не просунешь — даже маленькой щели нет, как вы мне его передадите?
— Оно устное, — Таня помолчала, а затем проговорила фразу, которая и без того уже не давала Лере покоя: — Верь в невозможное и люби до невозможности.
— Это все? — Лера почему-то сейчас испытывала не веру, не любовь, а только злость и раздражение.
— Нет. Подойдите к шкафу и откройте дверь. Вас там ждут. Теперь все.
— Кто ждет? — раздражение заставило Леру сказать это громко, громче, чем нужно было, — Мистер Тумнус?
Но ответом Лере был только звук быстро удаляющихся шагов.
«Она издевается. Эта Таня надо мной издевается!» — Лера села на пол у двери и принялась бить ладонями по плитке. А может и не было никакой Тани, может ее придумала Лера? А потом придумает себе Нарнию в шкафу и снова выпадет из реальности на неопределенное количество лет. Ее будут судить, признавать невменяемой, кормить из ложечки, мыть, пичкать таблетками и колоть, а она будет пускать слюни и представлять себе, как летает на драконе. Лера содрогнулась. Нужно с этим заканчивать. Нужно в конце концов принять для себя решение: верю или не верю. Ничего нет хуже сомнений.
Она решительно встала, вытерла слезы и высморкалась, подошла к шкафу. Словно молитву прошептала: «Верь в невозможное и люби до невозможности». И открыла дверь.
Как и следовало ожидать, в шкафу ее ждала только одинокая больничная пижама — точная копия той, что сейчас надета на ней, только новенькая и чистая — на смену.
— Ну, здравствуй, мистер Тумнус! — насмешливо поздоровалась Лера с пижамой, собираясь захлопнуть шкаф.
— Какой, к черту Тумнус! — сердито ответили ей, чья-то рука выскользнула из шкафа, больно схватила Леру за запястье и затащила вовнутрь…
— Света?.. — ошалело спрашивала Лера, оказавшись в большой, просторной, богато и со вкусом обставленной комнате.
Закадычная Лерина подруга торжественно и самодовольно, с видом человека, который знает больше тебя, улыбалась. В кресле-качалке у камина еще кто-то сидел, но Лере отсюда не было видно лица.
Лера оглянулась, ожидая увидеть позади распахнутые дверцы шкафа и свою палату-камеру, но там оказалась только глухая стена, оклеенная приятной текстуры обоями.
— Мне казалось, что тебя, Лерка, уже ничем не удивишь. А ты от обычных порталов шарахаешься, — подколола Света.
— А ты с каких пор стала в порталах разбираться? — проворчала Лера. — И вообще, где ты раньше была, пока меня судить собирались?
— Это так у тебя звучит: «Спасибо, Светик, что вытащила меня из психушки. И прости, пожалуйста, за то, что выгнала тебя»?
Лера стушевалась, она действительно не права.
— Извини.
— Да ладно, на дурочек не обижаются.
— Мне кто-нибудь расскажет, что происходит? — почти выкрикнула Лера, обращаясь больше не к Свете, а к тому, кто сидел в кресле, она была уверена, что это Мэйр. — Как я оказалась в том заброшенном доме, что случилось с Тэей? Мэйр?
Кресло перестало качаться. Лера нетерпеливо направилась к камину и когда подошла достаточно близко, просто оцепенела. В кресле сидела женщина, да только это была совсем не Мэйр. Элегантная, со вкусом одетая. Она была не молода, но назвать ее пожилой не поворачивался язык. С тех пор, как Лера виделась с ней в последний раз, она словно сбросила лет двадцать.
— Лариса… Павловна?..
— Называй меня Арэль, деточка, — та улыбнулась, и в ее улыбке было нечто настолько доброе и материнское, что не доверять ей казалось просто невозможным.
— Вы живы? Где мы? Что произошло? Как вас нашла Света? — выпалила Лера все вопросы, которые пришли ей в голову.
