Виктор повёл их мимо пары рядов могил, потом свернул налево. Здесь на плитах стояли камни или кресты — так было принято обозначать места погребения. Александр сказал, что справа братские могилы, но они занимают места почему-то гораздо больше, чем там захоронено.
Разразилась страшная гроза, и где-то молния ударила в дерево. Александр, услышав гром, перепугался и создал магическую крышу.
И вот они оказались на небольшом холме, представлявшем из себя полянку, на которой высился деревянный крест, а перед ним стояла плита. На ней было выбито: «Здесь покоятся Николай и Евгения Тишковы, героически погибшие в 1230 году второй эпохи Борсии».
Виктор как-то по-особенному хлопнул восемь раз в ладоши, и на холмик перед плитой легли восемь цветов. Иван упал на колени перед могилой, и из глаз его пролилось несколько слёз. В памяти вдруг встало множество происшествий, связанных с этими людьми, особенно с мамой. Вот он, совсем маленький, вместе с ней впервые пришёл в центральный парк, и всё вокруг такое большое. Отец показывает ему первые аккорды на гитаре и учит петь. Он вспомнил их лица и голоса.
Он вдруг понял, что, если бы они были живы или у него ещё кто-нибудь бы остался, он ни за что бы не попросил стереть себе память.
— Покойтесь с миром, — произнёс он, и словно эхом раздался двойной удар грома.
Иван встал с колен. К могиле ближе подошли Виктор и король. Оба эти лица были очень мрачные. Несколько минут все трое стояли молча.
— Ты же понимаешь, Иван, — наконец открыл рот король, — что тебе ничего не грозит за твой шпионаж, если ты ничего полезного не успел сообщить в Керилан. Как мы можем такого человека как ты в чём-то обвинять!
— Спасибо, — еле выговорил Иван. Он взглянул ещё раз на могилу. — Ничего я им не сообщил. Паршивые кериланцы… Теперь я сдам всех этих перебежчиков… Мы ведь появились все вместе.
— Мы не знаем всех фамилий, — деловито произнёс король, поглаживая лысый затылок. — Крона скрывает информацию о своих сотрудниках от меня и от гвардии!
— Да уж, они те ещё скоты, — злобно выговорил Виктор.
— Нас послали сюда достать артефакты, — рассказал Иван. При этих словах его окутывала какая-то горькая сладость. Теперь он может раскрыть их тайны!
— Уже ясно, — сказал король, — что они собирались достать артефакты и почти умудрились украсть Кинжал Дракона.
— Да, но они не продавать их собираются.
— А зачем они им?
— Керилан создаёт страшную армию духов, магических существ и тому подобного! Часть этой армады вы видели в Турдистабе.
Сверкнула молния. Лица Виктора и Александра побледнели, а руки, казалось, подрагивали.
— Это всего лишь часть, — с ужасом тихо произнёс Виктор. — А убивает, как настоящая машина смерти.
— Так вот, — продолжал Иван. — Им для пущей прыти этой армии нужен хотя бы один артефакт. Берегите абсолютно все!
— Ты только узнал о том, кем ты был, — сказал его величество Ивану, — и уже принёс огромную пользу нашей стране. О таких масштабах мы даже не догадывались. Мы знали, что армия Керилана велика, что у них есть всякие фокусы, что они потенциально могут уничтожить нас, и каждое неловкое действие с нашей стороны опасно, но чтобы полностью войско состоящее из духов и магических существ… А ещё хотят усилить его нашим же богатством!
— Вам, может быть, они просто сказали, что хотят усилить армию, — догадался Виктор, — но артефакты нужны не просто так. У стихий своя воля. Часто они могут не послушаться. Я видел такое в Турдистабе. Но, похоже, кериланцы не хотят, чтобы в нужный момент огонь, например, отказался убивать маленьких детей. Артефакт соберёт в себе мощь природной силы и позволит воинам-призракам действовать по воле Крилова и его военачальников.
— Мы ничего им не дадим! — воскликнул Александр, а потом спросил Ваню: — А ты не хочешь стать гвардейцем снова?
Виктор весь съёжился от неприятного удивления.
— Пока что нет, — задумчиво сказал Иван королю, и экс-вардеец успокоился. — Когда я разберусь со всей своей историей — обязательно вступлю.
Иван вспомнил слова принцессы о том, что уже работал там. Иногда он чувствовал, что жизнь гвардейца ему по душе. Патрулирование, выполнение опасных и не очень заданий, анализ событий ситуации в стране, возможность влиять на политику не с криками на площади, а в кабинете. Это что-то от прошлой жизни.
— Можно вас попросить? — снова сказал юноша.
— Разумеется, — ответил король. — Чего ты желаешь?
— Вы не могли бы отпустить Владимира Козлова?
— Я понимаю, он твой друг, но…
— Постойте! — перебил его Иван. — Вы не всё про него знаете, ваше величество! Он тоже будет на нашей стороне!
— Почему?
— Человек, который воспитывал его, и которого Володя всю жизнь считал отцом, оказался ему неродным. Его мать умерла при родах и оставила Вову своему возлюбленному, который обожал детей, но не мог иметь своих. А сама мать приехала из Борсии, её не устраивала наша страна, и она скрыла от бывшего мужа, борсийца, который не хотел уезжать отсюда, что беременна. И мы решили, что, когда узнаем, кто я такой и почему решил всё забыть, будем искать его родного отца. Или то, что от него осталось…
