– Отец Джеральда, Уэйн, имел репутацию барахольщика и всегда приходил на распродажи пораньше, чтобы скупить все хорошие вещи и запихнуть их в свой чертов сарай. Помню, мой отчим злился, как черт… После смерти Уэйна сараем перестали пользоваться и к нему не прикасались уже тридцать с лишним лет. Пока не появился Джеральд. Мое предположение? Джеральд наткнулся на Ленни, когда рылся в мусоре, запаниковал и выбросил сундук где-нибудь подальше от своего дома. Наверное, он опасался, что его заподозрят в убийстве Ленни, учитывая его неестественную привязанность к молодым людям. Почему он взял на себя смелость похоронить Ленни возле телефонного столба, выше моего понимания. Впрочем, он никогда не отличался большим умом. Ему следовало бы выбросить Ленни вместе с сундуком.
Он больше не мог сдерживаться. Кашель подступил к горлу, и Эрику ничего не оставалось, кроме как позволить ему вырваться.
Милтон, казалось, пришел в себя.
– Точно! Чуть не забыл про транквилизаторы. Думаю, нам лучше поторопиться, а? – Он поднялся на ноги. – Вернусь через минутку.
Как только старик скрылся из виду, Эрик попытался приподнять конечности. Ноги были бесполезны, как два бетонных обломка, но ему удалось оторвать руки примерно на шесть дюймов от дивана и удерживать их в горизонтальном положении в течение трех секунд. Попытка отняла у него все оставшиеся силы. Ослабев, он опустил руки, и те повисли, как пара мертвых рыб.
Эрик попробовал еще раз. На этот раз ему удалось продержать руки поднятыми в течение десяти секунд. Он поднял правую ногу и дважды повернул ее. При таких темпах можно было надеяться встать на ноги к концу следующей недели.
Он все бросил, когда услышал, что Милтон возвращается, грохоча… тачкой?
– Ну-ка в кроватку, – сказал он, поднимая Эрика с дивана и бросая в тачку с ужасающей легкостью, как будто в теле не было ничего, кроме папиросной бумаги.
Милтон покатил Эрика в дальний конец дома, и за задней дверью полный мочевой пузырь запульсировал, откликаясь на каждую ступеньку, по которой они спускались. Голова ударялась о металл, и в какой-то момент зубы прикусили язык, на этот раз непроизвольно. Слезы хлынули из уголков глаз, и он захныкал.
Небо только что потемнело; было то время года, когда солнце рано угасает, и температура падает на несколько градусов с каждым сумеречным часом. Дыхание Эрика рассеяло маленьких призраков, которые побарахтались мгновение и испарились. Философски глядя в лицо смерти, он задавался вопросом, сколько других душ под тем же небом тоже шагают – или катятся, как в его случае – навстречу смерти. Сотни? Тысячи?
Или только он один?
Эрик тихонько всхлипнул, думая о том, что этот год был худшим за всю его жизнь.
Когда они прибыли к сараю, Милтон вытащил связку ключей из заднего кармана и открыл толстый висячий замок, который находился в центре двустворчатой двери. Зловоние смерти ударило в Эрика еще до того, как Милтон закатил его внутрь. Он вывернул шею, и его сотряс рвотный спазм. По подбородку потекли слюни.
– Не смотри на меня. Вини Джеральда. Был гнилым при жизни, а теперь, что вполне естественно, воняет после смерти… – Милтон посмотрел вниз на тачку. – Ох, да ладно тебе. Не надо так возмущаться. Думаешь, миру действительно не хватает растлителя малолетних?
«Как долго еще кто-нибудь будет скучать по мне?» Задавая этот вопрос, Эрик проклинал себя за то, что не завел больше друзей в Перрике или, по крайней мере, не сказал тем двоим, которые у него были, куда отправился. Но даже если б Джейк или Сьюзен поняли, что он исчез, у них не было бы причин подозревать Милтона.
«Убийство сойдет старику с рук. – Теперь он понимал это со всей ясностью. – Снова».
– Если кто-то и послужит козлом отпущения, разве ты не предпочитаешь, чтобы им был такой подонок, как Джеральд? – непринужденно сказал Милтон. – Вот почему важно быть умным, хотя я полагаю, что такой большой умник, как ты, и так в курсе. Он был бы жив, если б не похоронил Ленни у столба. После того, как нашли тело Ленни, я понял, что остальное – лишь вопрос времени, и что захороненные на участке будут найдены в ближайшее время. Я не мог допустить, чтобы Джеральд уничтожил мое прикрытие. Представь себе, я выполнял работу Господа, сохранял равновесие последние полвека – и вот появляется Джеральд и разрушает все это буквально через пару дней после выхода из тюрьмы… Да, в таких вещах надо соображать быстро.
– Поалста… – невнятно пробормотал Эрик.
– Я знал, что с исчезновением Джеральда закон даже пальчиком мне не погрозит. Он и не погрозил. Все решили, что мертвецы – его рук дело. Я знал, что так и будет. Хотя мог бы обойтись без запаха в своем сарае. Но теперь тут крутится ФБР, вот и пришлось убрать подальше…
Половину лица Милтона скрывали тени. В сарае было темно и становилось еще темнее. Как будто осознав это, старик щелкнул выключателем у двери.
